Есть и иные поправки. Так, в ряде норм авторы решили заменить слово "обязан" словом "должен" или наоборот. Например, п. 3 ст. 5 закона предписывает, что полицейский "обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль, физическое или нравственное страдание". В новой версии полицейский будет "должен пресекать...". Решено расширить и некоторые обязанности полицейских. К примеру, любой полицейский, обращаясь к гражданину или задерживая его, сейчас обязан "назвать свои должность, звание, фамилию, предъявить служебное удостоверение, после чего сообщить причину и цель" обращения или задержания. Кроме того, полицейский должен будет разъяснить задерживаемому "возникающие в связи с этим права и обязанности". Если нарушителъ совершает противозаконное действие-сначала пресечь его и "сразу после" этого разъяснить права и обязанности.
ТАК РАСТУТ И ЗАКАЛЯЮТСЯ КАДРЫ.
Денис Луцкевич стал первым из оставшихся в заключении "болотников", кто ответил на вопросы "Новой газеты", переданные через адвокатов...
Денису Луцкевичу 21 год, он студент Государственного академического университета гуманитарных наук, помощник декана отделения культурологии. Луцкевич - бывший морской пехотинец, пошел на Болотную площадь с однокурсниками и преподавателями. На митингах он никогда прежде не бывал, оппозиционными взглядами не отличался, а больше всего на свете хотел поступить в полк ФСО.
фото - Евгений Фельдман
Его обвиняют в участии в массовых беспорядках и применении насилия по отношению к представителям власти, но ни в деле, ни в суде нет объективных доказательств того, что он кого-то бил, кроме, разумеется, показаний омоновцев. А вот сам он получил множество ударов дубинками и даже был госпитализирован в НИИ Склифосовского.
Денис всегда спокойный, часто улыбается, никогда не жалуется. Он молчалив и только однажды, на продлении срока содержания под стражей в ноябре, Денис выступил. Вот что он сказал: "Ваша честь, мы сидим в этой клетке уже полгода, и знаете, этот зоопарк всем уже надоел. Возможно, все произошло бы быстрее и намного более эффективно, если бы мы сидели рядом с нашими адвокатами, а не в этом месте. Мы не помним половины заседаний и показаний, потому что половину заседаний мы проспали. А спим мы из-за наших ранних и поздних поездок в автозаке, нам не хватает времени для полноценного сна. Из-за этого мы не можем в полной мере осуществлять свою защиту и участвовать в процессе. Я не говорю уж о том, что большинство подсудимых болеют физически и дальнейшее пребывание в этой коробке чревато заболеваниями другого характера".
Денис Луцкевич стал первым из оставшихся в заключении "болотников", кто ответил на вопросы "Новой газеты", переданные через адвокатов.
- Вы невольно стали подсудимыми в политическом процессе. А были ли у вас раньше выраженные политические взгляды? Изменились ли они за время заключения под стражу?
- В то время, когда я пришел на митинг 6 мая, у меня не было четких политических взглядов, и я не преследовал каких-то конкретных целей. Я чувствовал, что с Россией происходит что-то не то. Из СМИ я слышал про беспредел и воровство чиновников, про бездействие правоохранительных органов и заказные дела, про преступное равнодушие власти к проблемам России. Наверное, интуиция привела меня в тот день на Болотную площадь: мне казалось, что я там смогу получить ответы на свои вопросы. Что же, я их и получил. Я своими глазами увидел всю трагическую глубину кризиса власти в России. Став обвиняемым (подсудимым) по делу, я на себе ощутил все бесправие обычного человека в России и чудовищное бездушие этой машины, которая называется "государством". Я осознал, что "суд" и "правосудие" - это совершенно разные понятия. А судья - такой же чиновник системы, исполняющий приказы "сверху" и не имеющий на самом деле никакого права ни на свое собственное мнение, ни на свои внутренние убеждения, если, конечно, они есть.
Так что благодаря "болотному делу" я эти самые политические взгляды приобрел, а суд и полтора года в СИЗО убедили меня в их правильности. Да, теперь я четко знаю, с чем нам всем необходимо бороться. Думаю, что эти взгляды сейчас - это взгляды любого культурного, образованного, порядочного, неравнодушного человека в современной России.
- Почему, на ваш взгляд, процесс в самой важной его части запрятали в Замоскворецкий суд из большого зала Мосгорсуда, а потом из большого зала Никулинского суда?
- На мой взгляд, перевод в маленький зал Замоскворецкого суда можно объяснить только одним: власть признала полное фиаско тех целей, которые она ставила перед судом в "болотном процессе".
