— Меня бесит, что он тебя присвоил так! — рычит Лис, вжимаясь все сильнее и целуя шею, скулы, тяжело дыша от напряжения, — бесит! Ты — моя потому что!
— Нихуя! Наглый скот! — из полумрака шагает к нам Камень, и столько в его лице ярости и негодования, что я понимаю: быть драке. И сейчас эта прекрасная оранжерея будет разрушена полностью!
Успеваю только ладонь выставить перед собой, тормозя Камня.
— Вы что? — шиплю яростно, — с ума оба сошли? Остановитесь!
— А чего этот урод тебя присвоил? — обидчиво возражает Лис, не препятствуя, впрочем, тому, чтоб Камень шагнул ближе, перехватил мою ладонь, уперевшуюся ему в грудь, и положил ее себе на шею.
— А как ты себе это представлял, блядь? Сивый ты имбецил? — злобно возражает ему Лешка, прижимаясь ко мне и мягко тиская за грудь, словно бы между делом, — тупо сказать возможному папаше, что мы вдвоем трахаем его девочку? И оба хотим ее себе навсегда?
— Бо-о-о-оже… — ахаю я, ощущая слабость в коленях от услышанного и от картинки, мгновенно нарисовавшейся в голове, — дураки…
— Охуеть, какие, малышка, — кивает Лис, прикусывая меня за мочку уха, — пиздец, какие. Но, если ты думаешь, что мы тебя отпустим, то явно совсем уж нас дебилами считаешь…
— Но… Но я же замужем даже еще… — бормочу я, понимая, что снова погибаю в их лапах, становящихся все настойчивей, — да прекратите же…
— Нихуя ты не замужем, забудь, — бормочет Камень, уже добравшийся до груди и обстоятельно ее тискающий, — ты вдова уже, практически.
— Что???
— Вот ты болтливый, когда не надо, Камешек… — с досадой бросает Лешке Лис, — малышка, не слушай его, он пиздит… Все будет правильно… Ох, блядь… Вкусная…
— Да вы с ума сошли… — я, уже осознав, к чему все может привести, если не тормознуть этих ненормальных, изо всех сил пытаюсь вырваться, — отпустите…
— Погоди, малышка, погоди… Сейчас… — бормочет Лис, продолжая меня целовать, вылизывать шею, жмурясь от наслаждения, — сейчас… Дай успокоиться… Я напрягся чего-то… Особенно, когда он про замуж…
— Дебил потому что нервный, — рычит Камень, а затем, не выдержав, притягивает меня рывком к себе, вжимаясь в поясницу стояком, — напугал ее…
— Да ты сам хорош… Малышка… Пошли разочек по-быстрому… Пока мой папаша показывает твоему конюшню…
— Это, блядь, че такое??? — раздается откуда-то сверху низкий хриплый рык, больше похожий на рев раненого бизона, чем на человеческий голос.
Замерев в объятиях своих любовников, я задираю голову на звук.
И вижу, как прямо над нами стоят на балконе Бешеный Лис и Виталий Большой.
Крыша у галереи прозрачная. И нас троих отлично видно сверху с балкона второго этажа.
Поза наша не оставляет простора для воображения…
И, судя по лицу Большого, у него с этим делом все в порядке.
И это… Это фиаско…
— Если я не выйду отсюда через час, мои люди возьмут твой ебаный дворец штурмом, Бешеный, и тогда от этого гадючника камня на камне не останется, — рычит мой предполагаемый папаша, злобно рассматривая сидящих по обе стороны от меня Лиса и Лешку.
— А ты, я смотрю, все такой же доверчивый… — хмыкает Бешеный Лис, внешне совершенно спокойный, но взглядом уже расчленивший своего наследника на сотни более мелких и, наверняка, более удачных наследничков. По крайней мере, проблем от них точно будет меньше. — Один по-прежнему нигде не ходишь. Не доверяешь…
— Доверяй, но проверяй, — отмахивается Большой, — и, как выясняется, чуйка моя на высоте! Хотя вот от тебя, Бешеный, не ожидал такого…
— Да я сам не ожидал… — вздыхает хозяин дома, — но тут нихера не сделаешь… Гены, мать их…
— Да какие, к хуям, гены? — взревывает раненым бизоном Большой, указывая на нас троих, смирно сидящих напротив старшего поколения на диванчике, пальцем.
Некультурно так. — Какие гены? Блядство чистой воды! Ты глянь на них! Два быка гребаных! И эта девочка!
— Прекратите уже, — не выдерживаю я, ощутив, как напрягается на моем плече здоровенная лапа Камня, как наливается дурной, веселой сумасшедшей яростью мягко поглаживающий меня по пояснице Лис.
Им не нравится ситуация, и, будь их воля, давно разобрались бы уже по-другому. И заткнули рты любому.
Но проблема в том, что наши родители — это не любые. Не посторонние. И явно не те, кому можно легко заткнуть рот без последствий.
Удивительно, что мы вообще сейчас сидим и разговариваем, а не…
Ярко вспоминается знаменитая сцена из одного американского блокбастера, где главный герой гонялся за парнем своей дочери с ружьем по ограниченному пространству буровой станции… Тогда это смотрелось весело.
А вот сейчас, когда эта сцена чуть было не повторилась в реальности, до сих пор потряхивает.
Потому что первое, что сделал мой предполагаемый и вероятный родитель, когда осознал, что именно пронаблюдал только что, это схватился за чудовищных размеров ствол.
Откуда он его вытащил, да еще и с такой дикой скоростью, годами отточенной сноровкой, до сих пор остается загадкой.
