Средство аутентификации. Тип: носитель информации. Класс: легендарный.
Функциональность: коды доступа к внешнему контуру военного объекта, созданного до апокалипсиса. Материал: иридиевый сплав, синтетическая бумага на полимерной основе. Прочность: десять из десяти. Ограничения по уровню: 180. Другие ограничения: 6 уровень достижения «Взломщик», 6 уровень достижения «Лингвист», 6 уровень достижения «Информатика», 6 уровень достижения «Хакер», 6 уровень достижения «Контролёр цифровых объектов».
Бонусы: украсть невозможно, уничтожить невозможно. Эффекты: +350 % к проницательности, +350 % к дешифровке, +350 % к криптографии, +250 % к взлому кодовых устройств контроля доступа, +300 % к перепрограммированию цифровых объектов.
— А лингвист зачем? — удивлённо пробормотала она под нос. — Раньше тут был другой язык? Странно. Тогда бы на нём и сейчас разговаривали.
Дополнительно: активация бонусов возможна лишь в процессе получения доступа к указанному объекту и только до момента проникновения на указанный объект. Активация бонусов невозможна в случае использования при получении доступа на другие объекты.
— Что? — насторожил уши бдительный командир.
— Ничего, — вздохнула она.
В душе наметился некий разлом. С одной стороны, есть о чём торговаться с топами — самыми крутыми кланами вроде «Бессмертных». Она читала о легендарке: квестах или предметах неповторимо редких, следовательно, баснословно ценных. Чтобы обладать чем-то подобным, нужно обладать бесподобными бойцами — лучше целым войском. Как в системе тех же бесов.
Пока сама обзаведётся такой же, её сто раз выкинут с собственного острова. Разбогатеть, конечно, лестно, но выжить хочется больше. Стало быть, придётся купить себе покровительство ценой потрясающей уступки.
С другой стороны, разбогатеть страсть, как хочется. Купить нормальный участок земли на материке. Построить замок… И завести персонального принца — хмыкнула Маняша, уразумев: её заносит. Что опасно, ибо неконтролируемо.
— В деревню, — скомандовал бойцам командир, развернувшись на выход из развалин.
Маняша стряхнула с себя липкие остатки грёз и встряла:
— Мы идём в деревню ка́чу.
— Зачем? — на удивление спокойно осведомился Батя.
Даже свою харизматичную рожу не покривил.
— У них крысы водятся? — поинтересовалась землевладелица и радетельница, вошедшая во вкус.
— Мелкие, — пренебрежительно просветил её Буслай. — Во какие, — выставил он указательный палец длиной с её ладонь.
— То есть, шкурки у них маленькие?
— Само собой, — наморщил лоб Ник, пытаясь сообразить, к чему клонит хозяйка.
— Понял, — одобрительно кивнул Батя. — Идём к жабам.
— Ка́чу, — строго поправила его Маняша.
Её покоробило подобное отношение к бедненьким мутантам, которые, вообще-то, не выбирали такую судьбу. Сначала изуродовали, а теперь ещё и гнобят? Не в её присутствии!
Батя понял и это. Бесстрастно исправил ошибку:
— Ка́чу. Вперёд.
Глава деревни удивился нештатному визиту истребителей гадов.
— Змеи ушли, — сообщил он знатной даме, которая не просто бродяжничает, а с целым отрядом.
— Я рада за вас, — вежливо поздравила пузана Маняша. — Мы просто мимо шли. С охоты. Вот, — вытащила она из сумки шкуру с довольно приличным мехом.
— Сколько их? — и без того огромные глазищи ка́чу вылезли из орбит.
— Сто тридцать две, — подсказала хозяйке Рада.
— Продай, — вцепился в шкуру мутант своими длинными перепончатыми пальцами.
— Но… — изобразила Маняша лёгкую растерянность. — У нас задание.
— Знаю, — квакнул глава деревни, по которой уже разлетелся слух о громадных крысиных шкурах.
И к пришлецам начал стягиваться народ.
— Им задание, нам шкуры, — прямо-таки отважно настаивал глава.
Ничуть не беспокоясь о бойцах, у которых даже мелкий следопыт выше его почти на голову. А Буслаю он вообще в пупок дышит.
— Там дадут за пять шкур серебрушку, — приступил к торгу настырный пузан. — Я дам за каждую по серебрушке.
