– А они ведь очень нужны, эти мины, – подтвердил Гай Лазаревич, – постарайтесь сделать их.
Провинциальный комитет имел людей, способных проникать на железнодорожные станции и даже аэродромы врага, но у них и в нашей школе не было нужных средств, дававших возможность, не будучи обнаруженными, не оставляя никаких следов, уничтожать материальные средства и выводить из строя самолеты, паровозы и цистерны. Требовались мины, прилипавшие к объекту, которые быстро бы устанавливались, не падали бы с него во время движения.
Даже Састре, всегда веселый и мастер на выдумки, потерял сон. Много экспериментировали, изготовляли всякие прилипающие смеси, испытывали их и разочаровывались, составляли новые, но успеха не добивались. Не помню уже, кто первым предложил использовать магниты. Их удалось достать в школах.
Помню радость работников мастерской, увидевших, как маленькие магниты удерживают нужный диверсантам заряд.
Взрывателей замедленного действия у нас было много, самых различных, вполне пригодных для использования в магнитных минах и способных их взрывать в пределах от нескольких минут до нескольких часов. Но оказалось, что имевшихся в Хаене магнитов хватило лишь для изготовления двух десятков мин, и тогда Састре предложил:
– Пойдемте в комитет, они помогут нам их достать.
– Сходим, – согласился Доминго.
Секретарь провинциального комитета партии товарищ Арока выслушал просьбу Састре и сам пришел в мастерскую.
Осмотрев самодельную магнитную мину, он повертел ее в руках, приставил к металлическому шкафу, снял, посмотрел на Састре, потом на Доминго и сказал:
– Замечательно! Достанем магниты, и не такие, а лучше этих.
Он тут же написал письмо своему другу в Барселону, и через неделю Висенте привез из Каталонии первую большую партию магнитов, которые были меньше ученических по размерам, но значительно сильнее их. Два из них надежно удерживали мину с зарядом в четверть килограмма.
В 1942 году в СССР, в Высшей оперативной школе особого назначения[36], где были Дель Кастильо и Доминго, появились английские малые магнитные мины.
– Мошенники! Почему они называются английскими? – возмущался Доминго, осматривая их красивое оформление. – Это всего-навсего улучшенный вариант нашей хаенской магнитной мины.
Еще позже испанские товарищи, принимавшие участие в партизанской борьбе против фашистских оккупантов на временно оккупированной территории Советского Союза, увидели металлическую «лягушку», получившую название ПВ-42, и опять в массовом масштабе изготовленную англичанами.
– Наша рычажная была лучше, безопаснее и надежнее, хотя и больше по размерам, – не без основания гордились те, кто применял ее впервые в Испании.
Так по инициативе Ксанти, Туманяна и провинциального комитета партии была решена еще одна задача по усилению ударов по фашистским интервентам. С помощью магнитных мин было уничтожено много цистерн с горючим, вагонов и паровозов, а в годы Великой Отечественной войны ими было взорвано много самолетов и эшелонов с горюче-смазочными материалами, боеприпасами, живой силой врага. Эти мины применялись партизанами и подпольщиками на территории всех оккупированных врагом стран. Впервые же их применили в далекой Испании.
Недалеко от Андухара, на высокой горе, в тылу республиканцев находился монастырь «Ла Вирхен де ла Кабеса» («Головы Богородицы»). При отступлении фашистов в конце 1936 г. в нем засели мятежники – полицейские с семьями, проводившие дерзкие вылазки. Несколько попыток ликвидировать это осиное гнездо не увенчались успехом. Толстые стены, прочные своды и труднодоступные подходы обеспечивали гарнизону надежную защиту, вследствие чего и артиллерийский обстрел, и бомбежка с воздуха, и попытки взять монастырь штурмом не приносили желаемого результата. Боеприпасы, оружие и продовольствие им сбрасывали фашистские самолеты. Иногда этот груз попадал в расположение республиканских войск.
Во время подготовки к новому штурму монастыря мне пришлось ездить вместе с Рудольфо, а позже и с Кольманом на командный пункт батальона, осаждавшего монастырь-крепость.
В первый раз, когда мы ехали вместе с Рудольфо, Доминго и Састре, нас остановил регулировщик, предупредив, что дальше продолжать путь на машине опасно, так как местность простреливается врагом, и лучше пройти около километра пешком немного ниже дороги.
– Но по ней же ездят! – сказал Рудольфо, показывая на следы недавно прошедших автомашин.
– Кто ездит, а кто оставляет машину и идет пешком. Дня три назад один «фиат» фашисты подбили, и только в темноте удалось его вытащить. Будь в монастыре прожекторы, они и ночью не давали бы проезда, – начал рассказывать словоохотливый регулировщик.
– Поедем на машине! – предложил Доминго.
– Поедем! – согласились Рудольфо и Састре.
– Ну, Пепе, теперь вся надежда на тебя. Разгоняй машину и стрелой через опасный участок, – сказал Доминго.
– Хорошо! – спокойно ответил Пепе.
