Они отступали, снова разбившись на группы, вполне обоснованно ожидая погони, оставив уцелевшею технику в загодя подготовленном укрытии. Связанного пленного ящера, поместили на одну из телег и охраняли, словно очень важную персону, впрочем, он таковой и являлся.
Пройдя за сутки более шестидесяти километров лесными тропами, вымотанные до последнего предела, они достигли условленного места встречи, на окруженном болотами острове. Объявив привал, Игорь лично расставил часовых и тут же мешком свалился на расстеленный адъютантом спальник, наказав обязательно разбудить себя через три часа. Большего он позволить не мог, слишком много дел ожидалось в эту ночь.
Казалось, он только закрыл глаза, как жесткая рука адъютанта ткнулась ему в плечо. Крохи сна не хватило, и отчаянно зевая, Игорь попросил принести холодной воды. Умыть лицо помогло. По крайней мере, на пару ближайших часов.
Пока он спал, подошла еще одна группа, груженая инопланетными аналогами книг, или чего-то, явно на них смахивающего. Теперь на островке, триста на пятьсот метров сгрудилось полторы сотни человек. Костров не жгли, опасаясь воздушной разведки, и люди спали, сгрудившись в огромные кучи, согревая друг друга теплом своих тел. Принцип овечьего стада, позволяющий без особого комфорта, но все же выживать даже в лютые морозы.
Игорь подошел к связанному ящеру. Тот, зашипел, но тут же смолк, получив изрядную затрещину от сидящего рядом охранника. Игорь склонился поближе, почти вплотную приблизив лицо к вытянутой, покрытой мелкими чешуйками морде.
– Интересно, понимаешь ли ты по русски?
В ответ послышалось то же шипение, только гораздо более тихое, урок с оплеухой пришелец усвоил отлично. Игорь внимательнее оглядел пленника. Высокий, не ниже двух метров тридцати сантиметров, поджарый ящер был одет в некое подобие комбинезона, что казался сшитым из единого куска материи. Руки костюм оставлял открытыми с локтя, четырехпалые кисти, несмотря на чужеродность, были не лишены изящества. Приглядевшись, Игорь насчитал у пальцев на один сустав больше. Шкура у твари оказалась нежно коричневого цвета, однотонная и мягкая даже на взгляд.
– Ловкие у вас наверное руки, искуссные. Кто же ты у нас такой красивый был? – Он повернулся к Нахалову. – Когда его брали в плен, оружие было?
– Нет, он даже сопротивления не оказал, поэтому и жив остался, прочих ребята в мясо покрошили.
– Техник какой-нибудь.
– Не похоже, инструментов у него при себе тоже не было.
Игорь пошутил.
– А может мы его с кровати подняли, вдруг это у них пижама такая.
В ответ раздался смешок.
– Хоть не голый, и то ладно, он и так то мерзнет.
– Да уж, прохладная ночка выдалась. Распорядись, чтобы одеялом укрыли.
Нахалов скривился.
– Игорь, у нас одеял лишних нет, своим бы хватило, люди измучены боем и переходом.
– Леша, мне повторить приказ? Ты что, не представляешь, какой это козырь в агитации новых бойцов?
Нахалов ушел, прикусив нижнюю губу и через минуту вернулся, таща великолепное одеяло из верблюжьей шерсти.
– Держи, свое отдаю.
– А ты что, не спал?
– Три часа покемарил.
– А на большее пока и не надейся. Нам нужно провести разбор полетов. Кстати, вы его хоть покормили?
– Да, вареную картошку с рыбой сожрал за милу душу. Мы ему ради такого случая даже руки развязали, – предупреждая вопрос командира, уточнил. – Его вшестером сторожили, на всякий пожарный. Кстати, ложкой не пользовался, жрал руками.
