Круглолицый и Багрянец с Яковом смотрели из окна в конце коридора, причем ствол АК в руках Якова Афанасьевича упирался в бок охранника.
– Миша! – укоризненно протянул светловолосый, когда они оглянулись.
– Ростислав Борисович, я…
– Ладно, помолчи теперь.
Вежливо улыбнувшись Якову и окинув взглядом крепкую фигуру Багрянца, шеф охранников подступил к окну, оттеснив круглолицего Мишу.
– Это что за чудило? – удивился он.
Окно было широкое – Сотник, Лабус, Курортник и Леша уместились перед ним. Яков с Багрянцем отошли к стене, поглядывая на «быков» и круглолицего, оставшихся у железной двери. Яков левой рукой сжимал автомат.
Игорь сказал:
– Скажи своим парням, чтобы смирно себя вели.
– Так и вы смирно себя ведите, – со смешком откликнулся Ростислав Борисович. Оглянулся и добавил: – Слышали? За стволы не хватайтесь.
По тротуару вдоль ряда брошенных автомобилей к зданию катила небольшая, накрытая броневым колпаком машина. На передке горела фара. Машина громко тарахтела, звук далеко разносился по сумеречной улице.
– Такого у них раньше не видел, – заметил Курортник.
– Варханская техника, – проворчал Лабус. – Щели впереди смотровые… Я бы из винтаря смог попасть, но он в автобусе.
Машина остановилась, фара погасла. Раскрылась дверца в броневом колпаке, наружу вышли двое варханов, огляделись, заглянули за угол соседнего со «Старбайтом» дома и стали вручную закатывать туда машину. На одном чужаке был длинный халат с меховой оторочкой, на втором, обладателе лохматых темных волос, – плащ, а под ним широкие шаровары. У обоих за спинами котомки, оружия не видно, хотя оно могло скрываться под плащом и халатом.
Затем они поспешили к «Старбайту», на ходу то и дело оглядываясь. Лабус поднял ПМ, Ростислав Борисович потянулся к пистолету в кобуре, и тут Леша воскликнул:
– Это ж Кирюха! Якуша, глянь!
Яков протиснулся между ними, достал из кармана очки, нацепил на нос.
– Зрение у меня уже не… Да, он! Не стрелять!
– Кирилл Мерсер? – поразился Ростислав Борисович. – Откуда вы его знаете?
Гости свернули к дверям, исчезнув из поля зрения.
– Откуда? – повторил светловолосый, отворачиваясь от окна.
– Просто столкнулись, – пояснил Яков. – Кирилл и указал нам это место.
Хлопнула дверь, раздались шаги. Сотник, Курортник и Лабус, разом включив фонарики, пустили лучи в лица двоих, появившихся в коридоре.
Кирилл сощурился, Явсен прикрыл глаза левой ладонью – правую руку, кое-как перемотанную куском тряпки, он сунул за пазуху.
– Кирюша! – оттолкнув охранников, Яков бросился к нему, схватил за руку и потащил от Явсена. – Думал, ты погиб! Молодец, выжил, не запропал в кутерьме этой!
– Я… – начал Кир. – Что они делают?!
– Лежать! Мордой в пол! Не шевелиться! – Курортник с Лабусом одновременно бросились к чужаку, который недоуменно заморгал – и, получив подсечку, свалился на колени. Удар прикладом в затылок опрокинул его лицом вниз. Костя присел, вывернул ему руки за спину и щелкнул наручниками, в то время как Алексей контролировал ситуацию, целясь вархану в голову.
– Эй, вы чего! – закричал Кир. – Это не… Он – пеон, он мне помог!
– Знаем, что пеон, – отрезал Сотник.
Кирилл повернул к нему голову.
– Откуда?
– У нас, Кирюха, уже был один, тоже так добренько себя вел, лыбился, падла, – вступил в разговор Леша. – А потом сбежал, чуть Якушу не пришиб.
– Но он помог мне убежать из их лагеря! И он Айзенбаха откуда-то знает – спрашивал про него, хотел встретиться! И… Лагойда?!
Кир замолчал, наконец разглядев за спиной Игоря Сотника светловолосого мужчину, стоящего в затемненном углу коридора.
– Да, Кирилл, – улыбнулся тот, и Яков заметил, как Кир сжался, подавшись назад.
Ростислав Борисович Лагойда вышел из-за Игоря, продолжая улыбаться – только теперь в улыбке этой было что-то неприятное.
– Так ты говоришь, этот вархан спрашивал про шефа? – Лагойда шагнул к Кириллу. – И ты привел его прямо сюда?
Все обернулись к окну, когда с улицы донесся рокот. Там зажглась фара, потом вторая, третья, четвертая… Машины одна за другой выруливали из-за поворота. Впереди двигался трактор со скребком, в котором лежали обломки скамейки, урна, куски асфальта и поверх всего этого – мотоцикл с вывернутым набекрень рулем.
– Тачанки, – объявил Багрянец, прижавшийся лбом к стеклу. – Три штуки… не, четыре! И еще такие ж маленькие тачки, ну, вроде той, на которой эти двое прикатили. О, и БТР за ними, прям по тротуару, надо ж, втиснулся!
Лагойда схватил Кира за шиворот, потянул на себе, зашипев:
– Твоя работа!
– Нет! – крикнул Кирилл. – Они не могли… Мы оторвались, они не могли за нами проследить!
– Врешь. Ты и этот, который с тобой пришел, вы оба их агенты! Шпионы!
Ростислав Борисович охнул, когда Кирилл указательным пальцем ткнул в локоть той руки, которая сграбастала его за шиворот. Пальцы светловолосого разжались сами собой, и Кир отступил на шаг, взявшись за катану.
– Мы оторвались! – громко повторил он, переводя взгляд с Лагойды на Сотника, с того – на Якова, а после на Лешу. – Но Явсен, этот пеон, знал про Айзенбаха. Это значит, что могут знать и другие. Только почему? – голос его стал недоуменным. – Что им надо от Артемия Лазаревича? Это он послал меня выкрасть инфу, хотел, чтобы я запустил в лабораторные машины вирус… А теперь варханы ищут его. Что все это значит?!
Снаружи гудели двигатели и раздавались голоса, говорящие на чужом языке.
– Отступаем, – решил Игорь. – Через парковку во дворе, потом…
Взревели моторы. Три тачанки и четыре бронецикла рванулись вперед, разъезжаясь, из других машин посыпали бойцы. Часть машин свернули во двор, и спустя несколько секунд здание было окружено. Со всех сторон в него уперлись лучи фар – стоящим в коридоре пришлось присесть, чтобы скрыться из виду.
Явсен, лежащий со скованными за спиной руками, поднял голову.
– Лазарич! Явсен, Лазарич – говорить! Говорить быть быстро! Важно! Важно говорить!
Манкевич с Партизановым и Миша нырнули в проем железной двери. Сидящий на корточках Курортник, заглянув на темную лестницу, спросил у Лагойды:
– У вас есть гранатометы? Ручные гранаты, пулеметы?
– Ничего такого, – сказал тот. – Из автоматики только АКСУ и ПМ.
– А другой выход из подземного этажа?
– Один имеется. Только его завалило.
– Капитан, мы там в ловушке будем, – сказал Костя.
– Мы уже в ловушке! – отрезал Игорь. – Все вниз, запремся. Могут не найти, хотя если они специально сюда приехали… Все равно нам сейчас больше некуда. Лабус, Курортник, тащите пленного.
