Приблизившись к Максару, старик поджал губы и удивленно оглядел его.
– Бер’Грон… Ты осквернен.
Командер молчал. Темник кивнул, отступил немного, всматриваясь в лицо Максара, вернее, в половину лица, не скрытую бинтами, задумчиво похлопал свитком по ладони и заговорил вновь:
– Мое имя Эйзикил, бер’Грон. Я направлен сюда нашими друзьями в Ставке, чтоб помочь тебе в восхождении на Бастион, но теперь… – Он покачал свитком, твердой кожаной трубкой, в которой темники и пеоны хранили древние знания, сведения про портальные машины и другие устройства. – Но теперь, думаю… Что ж, вопрос с Бастионом мы оставим на потом. Координаты, переданные нашим человеком из стана терианских еретиков, подтверждены. Это Око намеренно раскрыто рядом с логовом их агента.
Какое-то движение произошло позади него. В дымных зеленых спиралях Ока мелькнули тени, потом в нем что-то плеснулось.
А после Око сдвинулось. Максар бер’Грон моргнул. Он впервые видел такое!
Вновь рябь прошла по ткани пространства. Подул ветер. Темник по имени Эйзикил оглянулся – бросился к Оку, подобрав полы черных одежд. В этот момент оно с тихим хлопком исчезло. Старик вскинул руки, словно в ритуальном приветствии. Порыв ветра пронесся над улицей, с разных сторон раздались удивленные возгласы солдат. Максар сделал шаг вслед темнику, а тот повернулся – худое морщинистое лицо его подергивалось.
– Что? – спросил Максар.
Старик быстро заговорил:
– Я понял, командер! Чтоб раскрыть Око неподалеку от места, координаты которого передал наш агент в стане еретиков, мы были вынуждены отвезти машину далеко от терианского Бастиона. Сейчас на Териане, – Эйзикил ткнул большим пальцем себе за спину, – машина стоит посреди кварталов Дикого города. Воспользовавшись этим, еретики напали на нее. Напали и захватили одну из наших мобильных машин!
– Сколько людей было у вас с собой? – спросил Максар.
– Больше двух десятков солдат, из них пятеро берсеров. Четыре боевые повозки и еще… Теперь это неважно, командер. Если машина захвачена, если еретики решились на такое, то лишь с единственной целью – чтобы вывести своего агента из этого мира прежде, чем мы доберемся до него. Твои люди уже обыскали здание, командер?
Максар кинул взгляд на капитана, который доложил:
– Внутри никого, но там есть подвал. – Сафон сделал короткий жест стоящему в дверях сержанту и, когда тот подошел, спросил: – Что с подвалом?
– Пробиться не смогли, – сказал сержант. – Надо ломать пол.
Судя по щекастому лицу и рыжеватым волосам, он происходил не из Ангулема. Обращался сержант только к капитану, потому что за прямой взгляд в лицо мастера-берсера или темника его могли убить на месте.
Максар и Эйзикил посмотрели друг на друга.
– Если еретики решились атаковать наш отряд, чтобы захватить
Ворсибами назывались мобильные портальные машины – с помощью одной из таких и прибыл этот старик. А теперь ее выкрали, и на памяти Максара такое произошло впервые. Развернувшись, он приказал:
– Сафон – все внутрь! Пробейтесь в подвал!
Глава 29
– Эту дверь трудно сломать, – заверил Лагойда, входя в зал с длинными столами, уставленными приборами. – И над нами слой бетона в восемьдесят сантиметров, к тому же там не обычная арматура, усиленная. В общем… Денис, что здесь?
Молодой человек в белом халате и больших круглых очках поднял глаза. Стекла в очках были затемненными, хотя лампочки не слишком ярко озаряли помещение.
– А что здесь может быть? – пожал он узкими плечами. – Я, как и прежде, ничего не могу настроить после…
– Лазарич! Лазарич – говорить! – пеон попытался протиснуться между Кириллом и Яковом с Лешей. – Явсен, Лазарич…
Ученый (по возрасту он тянул скорее на лаборанта, чем ученого) едва не подскочил, увидев его.
– Это же пеон!
– Откуда такое слово знаешь, парень? – спросил Леша.
– Я…
– Лазарич!
Они замерли посреди зала. Леша наскоро представил их друг другу, Кирилл постарался запомнить имена и прозвища. Яков с Лешей стояли по сторонам от него, Курортник и Лабус – за спиной у Явсена, рядом Игорь с Багрянцем. Лагойда со своими людьми – перед ними. По знаку Ростислава Борисовича «быки» Манкевич с Партизановым и молодой Григоренко, обойдя гостей, вернулись к площадке с лестницей, хотя круглолицый Миша остался возле шефа. Игорь кивнул Багрянцу, тот отошел к стене, повернулся к ней спиной, чтобы видеть всех находящихся в подвале. Оружия никто не доставал, но в зале висело напряжение.
– Явсен очень хотел поговорить с Артемием Лазаревичем, – произнес Кирилл, ни к кому конкретно не обращаясь. – Что-то сообщить ему.
– Он хотел навести на нас варханов, – отрезал Лагойда. – И навел!
– Нет. Он помогал мне в лагере. Помогал маскироваться, а потом – сбежать.
– Кирилл, у нас был «язык», – Яков осторожно тронул раненое плечо. – Он тоже вел себя мирно. Хотел сотрудничать, даже помог мальчику во время газовой атаки. А потом…
– Потом набросился на Якушу, едва не убил, только прапорщик и спас, – вставил Леша, поведя подбородком в сторону Лабуса, который, хмыкнув, погладил усы. – Так что, Кирюха, не будь наивным.
