Мы прошли мимо ямы, где провели часть ночи и возле которой приняли бой с гигантской сколопендрой — от тел, еще утром лежавших на земле, почти ничего не осталось. Одно из тел порвали в клочья, растащив по многочисленным норкам. На месте, где оно лежало, осталось лишь большое пятно, быстро высыхающее под палящими лучами… Над трупами, основательно потрудились, и теперь даже Чер не смог бы утверждать, что они не лежат здесь еще с самых первых дней от начала Катастрофы. Стало понятно, почему у берегов озера нет останков — мелкие подобия жутких созданий доделывали работу своих, более крупных сородичей…
Второй туп зэка, не до конца погруженный в песок, был так обглодан и очищен, что кости несчастного выглядели, словно их шлифовали наждачной шкуркой. Уцелела только неестественно вывернутая кисть, словно указывая путникам дорогу.
— Оп-па! На тот свет, что ли? — мрачно пошутил Бугай. От сколопендры тоже остались лишь выеденные клешни, да хитиновая оболочка.
— Сожрали, гады? — удивленно заметила Элина.
— Ага. А кто-то утверждал, что такое мясо есть некому. Вон, как они ее уделали!
Он отмахнулся.
— Это же не люди… Может, им только ядовитое мясо и требуется. Плохое место, Дар. Пошли отсюда, поскорее!
— А вот и незваные гости, — Ната посмотрела наверх. Мы вскинули головы. Над нами парили два черных ворона.
— Старые знакомые…
— Да. Давно не встречались. Они редки в прериях.
Ната кивнула:
— А зачем им прерии? Они умные — знают, где поживу искать. Что эти твари не доели, они утром подберут. Видать, постоянно тут обретают… Пойдем, — Ната тронула меня за рукав. — Пусть их…
Мы тронулись в путь. Мешки с провизией, несмотря на горестные вздохи Бугая, пришлось бросить. Я с сожалением смотрел на высушенные спинки рыб — кто-то приложил немало усилий, для того, чтобы их выловить, а потом и провялить на солнце, оберегая от завистливых взглядов. Но, пришли синие, отобрали и унесли с собой. А теперь это съедят даже не люди. Хотя, пусть лучше это достанется зверью, чем нелюдям на двух ногах… Жаль и наконечников, пусть, таких несуразных — их решили припрятать неподалеку. Но, соль важнее!
Далеко в степи, в мареве колышущихся трав, проскакали, чем-то встревоженные, лошади-пхаи. Элина с завистью посмотрела вслед, признавшись в своей мечте:
— Обязательно прокачусь на таком!
Мы, несмотря на усталость и даже тревогу, исходившую от кружащихся птиц, рассмеялись — свирепость и злобность этих перерожденных животных, давно известна всем. Даже их далекие родичи, дикие мустанги настоящих прерий, вряд ли были столь своенравны и упрямы. А охота на пхаев требовала столько упорства и осторожности, что на нее решались только в самых крайних случаях. И, говорить о том, что кто-то решиться приучить к седлу озверевших, в прямом смысле этого слова, бывших мирных лошадок — верх сумасшествия…
— Хорошо, — я улыбнулся девушке. — А пока, давай ножками… Нам еще долго-долго идти до нашего дома…
Прошло еще две недели. Никем не замеченные, миновав предгорье и южные степи, мы благополучно вернулись в «форт», с грузом бесценной соли. Туча, безоговорочно признанная всеми, как хранительница припасов и ответственная за приготовление пищи, радостно прибрала ее в укромный угол. «Синих» поблизости никто не встречал — кузнец, оставленный в мое отсутствие за старшего, неукоснительно соблюдал все меры предосторожности, каждый день осматривая хитро замаскированные ловушки, а также совершая небольшие рекогносцировки, в целях своевременного обнаружения врага. Бен снабжал форт рыбой. Салли помогала Туче, по мере собственных сил и возможностей — и все вместе ждали нас!
Возвращение отпраздновали — было большой удачей, что мы сумели обойтись без жертв, в таком опасном предприятии. Однако, хоть наше путешествие и прошло без потерь, такая идиллия не могла продолжаться бесконечно. С потерей всех прежних богатств, оставшихся в подвале, сразу возникло множество вопросов, решать которые приходилось согласно новым условиям. Где взять мыло, спички, свечи, постельное белье, стиральные порошки и моющие средства — все, к чему человечество успело привыкнуть за предшествующие катастрофе годы, и что казалось утерянным безвозвратно? Чем заменить? Хоть погода и продолжала баловать нас теплом, но, люди, тем не менее, нуждались в одежде. Жить на природе, охотится, носить тяжести, мокнуть под дождем — не одно и то же, что находится в офисе. Иными словами — одежда приходила в негодность быстро… То, что мы принесли с собой — несколько спасенных рулонов различных тканей, расходовалось более чем экономно. Небольшие запасы шкур также были на исходе. С приходом семьи кузнеца эти проблемы только возросли — того, чего хватало на нашу семью, а потом еще и Бена с Салли и Немым, стало мало, чтобы обеспечить всех.
