Проснулась я почему-то рано, в семь утра. Обычно я люблю поспать, но этим утром мне не спалось — словно нехорошее предчувствие распинало, в надежде на мою понятливость… А что, я понятливая — я встала и поспешила узнать у все еще что-то печатавшего на компе L, не произошло ли чего ночью. Оказалось, произошло. Пока я дрыхла, как Спящая Красавица в окружении гномов, два гнома успели поскандалить, а точнее, Ниар и Мэлло разругались вдрызг. Ниар к подобному был не склонен и по большей части молчал, но Мэлло, который просто был зол на весь мир (или, вернее сказать, на все миры) и жаждал крови и воплей, добился их. Правда, все же обошлось без крови, но он вдоволь наорался на апатично строившего из книг башню Ривера. «Вот гаденыш, — зло подумала я. — Просила ведь его не строить из книг ничего!»
— Спасибо, Рю, — кивнула я.
— Что за сокращение? — уточнил L традиционно-апатичным тоном, в котором все же улавливались нотки недовольства.
— Ну, мне нравится тебя «L» звать, а Рюзаки — слишком длинно. К тому же, это японское имя, а ты европеец. Несостыковочка.
— Тогда зови L, — смилостивился Царь. — Это лучше, чем «Рю».
— А то, — хихикнула я и, довольная первой победой, ломанулась умываться.
Судя по тишине, остальные еще дрыхли без задних ног, а значит, у меня было преимущество. Я приняла душ, переоделась в черные брюки и белую блузку и поспешила на кухню — готовить завтрак. Одарив сладким чаем Его Сияющее Сиятельство, не соизволившее оторвать царственную пятую точку, пардон, царственные пятки (сидел-то L на корточках) от кресла, я напекла блинов, поджарила фарш, сообразила какую-то сладкую байду из творога, сметаны и сахара и, поставив все это на стол вместе с красной икрой, ломанулась в зал. Белая макушка торчала из-под серого одеяла, больше от Ниара ни кусочка не наблюдалось. Я бы умилилась над тем, что он спит как котенок, свернувшись в клубочек, если бы не одно «но»! Эта мерзопакость опять построила башню из отцовских раритетных и антикварных книг! Вчера я бы устроила скандал, но за ночь я успокоилась и смирилась с неизбежным — мне с этими троглодитами жить, а значит, надо искать консенсус. Выгнать-то всегда успею…
Я быстро, стараясь не разбудить эту белую гадость, расставила книги по полкам, после чего, довольная плодами трудов своих, негромко сказала:
— Найт, вставай, уже утро.
Мне никто не ответил. Он не привык к звуку собственного имени?
— Ниар, утро на дворе. Подъем!
Ноль реакции — кило презрения. Он там не помер?
— Ривер! Подъем! — я повысила голос с шепота до вполне себе обычных дневных интонаций. И снова ни ответа, ни привета. Серьезно, он там не скопытился ненароком?..
— Вата! — рявкнула я. — А ну, живо поднял задницу с дивана!
О, подействовало! Ниар завозился, выпутываясь из-под одеяла, и… затих. Он ведь и не выпутывался вовсе — напротив, он лишь сильнее в это самое одеяло завернулся. Вот нахал! «Она сказала мне „нахал”, а я ей ручкой помахал», — подумала я и стянула с Ваты одеяло. Он таки переоделся в папины шмотки после душа, и теперь его худющие ноги-спички торчали из широченных бермуд, а тощее анорексичное тело было надежно спрятано в огроменной футболке. «Его в этой одежке не найти — он в ней заблудился», — мысленно съехидничала я и подумала, что Вате можно пижаму не покупать — пусть услаждает мой взор сим «великолепием». А что, надо же мне хоть иногда смеяться? А то с этими психами, пардон, гениями, я и сама скоро психом (к сожалению, именно психом) стану.
Ниар поморщился от холода и попытался нащупать одеяло.
— Хол, холодно, — пробормотал он во сне.
О! Я так и знала! Это она сделала из тебя копию Расиэля, обделенную эмоциями, да, принц недоделанный?
— Подъем, Ниар! — скомандовала я и потрясла парня за плечо. Дверь напротив хлопнула, но я даже не посмотрела, кто оттуда вырулил — мне было не до того. Ниар разлепил глаза и, увидев, кто его разбудил, чуть не застонал от разочарования. Ну, по крайней мере, он свои гляделки закатил с таким мученическим видом, что я подумала: апатия ему присуща явно не всегда. А уж спросонок он и вовсе сама эмоциональность по сравнению с вечером.
— Что, думал, сон? — хмыкнула я. — Я тоже на это надеялась. Но проснулась, а у меня под боком твой сэмпай. Вставай давай, а то там блины остынут скоро.
— Отстань, я сплю, — выдал Ниар и, отобрав у меня одеяло, продолжил косплеить гусеницу в коконе. Прячешься от реальности? Обломись…
— Чувак, так не пойдет, — хмыкнула я. — Блины остынут.
— Иди к Мэлло приставай.
— Не-а, для этого у меня есть ты, — хохотнула я.
— Боишься, что он тебя ударит, — апатично съязвил Ривер. Вот как можно говорить саркастичные вещи пофигистичным тоном, а? Он же как будто энциклопедию зачитывает! — Думаешь, что раз он мафиози, то может причинить тебе боль, потому боишься его, а раз я из СПК, то не подниму на тебя руку и меня не стоит опасаться.
— А что, поднимешь? — притворно ужаснулась я и склонилась над ухом Ривера. — Ты меня ударить хочешь? Плохой мальчик. Плохой! Надо было добавить в фанфик БДСМ, раз ты такое любишь!
