Было около половины третьего, когда толпа кавайных парней в сопровождении двух девушек, косивших под не менее кавайных представителей противоположного пола, вывалилась из переполненного трамвая и направилась в сторону двухэтажного здания, в котором находился «офис» местных правоохранительных органов. Жара стояла невыносимая, и Юлькин грим грозил уплыть вместе с потом, хотя еще каким-то чудом держался. Она решила смыть его, как только доберется до источника воды, и потому отчаянно стремилась, превозмогая слабость и лень, к домику с таящимся внутри отделением полиции. Прохожие удивленно на нас косились, даже удивлённее, чем вчера: все же шестеро шикарных парней и две косплеерши — зрелище еще более странное, чем просто толпа косплееров, но нам было наплевать. Мы просто помирали от жары и мечтали о кондиционере, мороженом и холодном душе.
В этом районе города, застраивавшемся гораздо позже остальных, преобладали девятиэтажки, а дворы были крохотные и неозеленённые, так что и не спрячешься в тени раскидистого клена на уютной лавочке… А еще этот район находился недалеко от речки, а потому здесь обычно было прохладнее, чем в центре города, и я мысленно выла от перспективы возвращаться домой. Но что поделаешь: труба зовет, ага…
Добредя до полиции, мы вломились в здание, и Юлька поспешила в «дамскую комнату». Благо, крем для снятия макияжа она всегда носила с собой. Мы же с моими личными уничтожителями логики протопали к дежурному, и я с наглой харей заявила, что вся эта толпа потеряла паспорта. Молоденький лейтенантик удивленно на нас воззрился. Ясен фиг: шесть паспортов разом посеять — это ж какими идиотами надо быть?
— Мы путешествовали автостопом, — вдруг заявил Рюзаки, — а документы были сложены в одну сумку. В результате мы лишились этой сумки и паспортов.
Во дает… А мне про сию байку не поведал, бяка!
Лейтенант смерил детектива подозрительным взглядом и велел писать заявление об утере паспорта. Анимешные глюказоиды взяли бумагу и ручки, которые я запасливо прихватила из дома, и расположились у подоконников. «И чего дома не озаботились написанием?» — мысленно простонала я, жалея себя, их и дежурного: кондиционера в помещении не наблюдалось. Когда парни сдали бравому копу заявления, он сбагрил их секретарю, и через некоторое время, за которое Юлька успела смыть с моськи лица боевой раскрас, наши анимульки стали обладателями вполне реальных справок об утере вполне себе фальшивых паспортов. Мы с Юлей вслух поблагодарили Великий Валенок, Ананасовую Фею и власти города за то, что паспортный стол находился в том же здании, но только с другой стороны, и поспешили предъявить справочки паспортистке. Точнее, мы с Греллей остались у зеленого фикуса в объемной кадке, а наши гамодрилы, пардон, потерпевшие, вещали о том, как посеяли документики. Кстати, им L байку рассказал заранее — вот ведь бяка! В результате им выдали квиточки к оплате за то, что они идиоты, пардон — за то, что они утратили ценный документ, и я, скрепя сердце и оставив сию толпу на Юлю, свалила платить штраф в ближайшее отделение сбербанка.
К счастью, банк располагался недалеко от речки, и там было несколько прохладнее, а потому, оплатив несуществующую оплошность моих глюказоидов, которые, к сожалению, оказались вполне реальными, раз уж их видели даже такие неподверженные психическим расстройствам люди, как полицейские и паспортистки, я разнежилась и минут пять побродила вдоль редких зеленых насаждений, расположившихся на вершине холма, под которыми несла свои воды широченная река. Пляж внизу был до отказа забит отдыхающими, и это при том, что на дворе с утра была пятница, и вряд ли к пяти часам что-то изменилось, а потому я снова подумала, что пляж — это зло, и, мысленно вздыхая, пошкандыбала к моим беспризорникам под опекой Бога Смерти.
Шла я медленно, проклиная лето, жару и гостей, а так же Энма-чо с их больной фантазией, и вдруг у входа в паспортный стол узрела Бейонда. Ясное дело, маньяку в подобных заведениях неуютно, вот и вышел парень прогуляться… Я подошла к ВВ и вопросила:
— Всё оплачено, пойдем назад?
Он смерил меня холодным взглядом алых глаз, а потом задал вопрос, который я так не хотела услышать:
— Ты готова к реваншу?
Блин, Бейонд, только не говори, что твою пафосную натуру столь задел проигрыш, что ты мечтаешь меня покромсать на колбасу любым способом!
— Не-а, — покачала головой я. — Я не сражаюсь. Думаю, Юля тебя уже просветила по этому поводу.
— Она лишь сказала, что ты ушла из спорта, не более, — ответил маньяк. — Причину она не называла.
Ясное дело, не называла, она же моя подруга, а ты ей кто? Глюказоид, последствие недосыпа и пересмотра анимулек…
— Вот и молодец она, — усмехнулась я. — Но я и не думала, что она тебе причину назовет. Я, кстати, тебя просвещать тоже не собираюсь, равно как и драться с тобой. Считай, что ты победил: мне победа не важна.
— Врешь, — прищурился Бёздей. — Тогда она была тебе очень важна.
— Ясен фиг, — пожала плечами я, — ты ж меня кокнуть хотел.
— Нет, ты хотела победить. Твои глаза горели азартом!
