Позвольте-же однако: можетъ быть, читая эти взгляды иноземцовъ, вы находитесь подъ влiянiемъ невольно мелькающей у васъ въ голов мысли о недавнихъ событiяхъ, объ отношенiяхъ Россiи къ Польш, и это производитъ въ васъ нкоторое колебанiе? Такъ отршитесь-же пока отъ этой мысли, даже пожалуй постарайтесь вообразить себя хоть на минуту "общечеловками", чтобы не заподозрить себя ни въ малйшей односторонности; и затмъ задайтесь такимъ вопросомъ: къ чему направляются мiровые успхи человчества, ведомаго основной мыслью христiанства? — Ну, конечно всякой имющiй очи и уши отвтитъ: къ тому, чтобы наибольшее число людей, "малыхъ сихъ", сдлать счастливыми матерiально и нравственно, давая имъ возможность постепенно совершенствовать себя до степени умнья достигать этого счастья и обладать имъ. Какъ иначе отвтить — мы не знаемъ. А если такъ, то подумайте-же, кто въ этомъ дл, о которомъ идетъ у насъ рчь, сталъ впереди на пути мiрового успха — наша-ли правительственная мра, уже влившаяся животворной струей въ миллiонныя массы, или — взгляды просвщенныхъ иноземцовъ, ужасающихся за "интересы аристократiи?.." Отвтъ несомннно извстенъ, такъ что нечего произносить его. Однако вдь странно и смшно было-бы утверждать, что мы опередили западно-европейскихъ собратiй въ умственномъ и нравственномъ развитiи. Да мы пожалуй и не допустимъ этой гордой мысли; только что-же длать съ явленiемъ? Оно стоитъ передъ нами вжив, и надо-же его какъ-нибудь, хоть гадательно, объяснить. Остается одно изъ двухъ: или взгляды органовъ просвщонныхъ нацiй неискренни, а умышленно приноровлены къ какой-нибудь политической цли, — что они внушены извстной политической партiей, которая на этотъ разъ просто купила «независимые» органы; или — эти органы сами впали въ заблужденiе, понявши превратно духъ и смыслъ нашей русско-польской крестьянской реформы. Но въ первомъ случа — они обнаружили въ себ страшнйшiй нравственный упадокъ, безмрную деморализацiю; во второмъ — Русь остается для нихъ сфинксомъ съ вчными загадками… Ну, пусть-же укажутъ намъ выходъ изъ этой дилеммы; а пока не указали, — мы, еще уважая на столько человчество, чтобы не заподозрить весь западъ въ продажности, остановимся или на послднемъ предположенiи, или… на томъ, что нравственное развитiе не всегда зависитъ отъ одного развитiя наукъ и знанiй, а коренится тоже и въ свойствахъ народныхъ.
Да! въ самомъ дл: чт`o если-бы наше крестьянское дло, освтившее всю Русь такою ясною зарею, сулящею намъ такую богатую, лучезарную будущность, — чт`o если-бы его, это дло, примрить на нихъ, западныхъ людей, цликомъ, какъ оно есть, — чт`o-бы изъ этого вышло? Вышло-бы дйствительно можетъ быть что-нибудь отчасти разрушительное. Оттого оно у нихъ и не переваривается, оттого оно тамъ даже и безнравственно. А за тамошними, разумется, отыщутся и у насъ люди, которые повторятъ тоже самое. Мы уврены, что найдутся и такiе у насъ
