Продолжая уподобленiе собирательнаго государственнаго организма организму существа недѣлимаго, мы можемъ сказать, что "разсудочная способность" нашего организма уже формулировала мысль о возникшей жизненной дѣятельности «сердца» и вслѣдствiе того задумалась надъ судьбами общественнаго слова. Мы имѣемъ право это сказать въ виду высочайшего повелѣнiя 8 марта, которымъ упразднено главное управленiе цензуры, изъяты отъ разсмотрѣнiя общей цензуры всѣ изданiя правительственыхъ учрежденiй и губернскiя вѣдомости; отмѣнены назначенные отъ разныхъ вѣдомствъ чиновники для просмотра статей, касающихся этихъ вѣдомствъ; наконецъ — предоставлено управляющему министерствомъ народнаго просвѣщенiя "составить неотлагательно комиссiю для пересмотра, измѣненiя и дополненiя постановленiй по дѣламъ книгопечатанiя".
Мы знаемъ, — знаютъ вѣроятно и читатели, просматривающiе наши ежедневныя газеты, — что эта комиссiя уже составлена, подъ предсѣдательствомъ статсъ-секретаря князя Оболенскаго, изъ членовъ: тайнаго совѣтника В. А. Цэе, академика Веселовскаго, дѣйствительнаго статскаго совѣтника Воронова и професора Андреевскаго. Знаемъ также, что 19 марта было первое засѣданiе комиссiи, въ которомъ начертана програма предстоящихъ ей работъ. Вотъ что предстоить ей сдѣлать:
"1) Составить проектъ новаго законоположенiя о книгопечатанiи для тѣхъ произведенiй наукъ, словесности и искуства, которыя изъяты будутъ отъ предварительнаго разсмотрѣнiя цензурою (законодательство карательное) и
"2) Пересмотръ, дополненiе и измѣненiе нынѣ дѣйствущаго цензурнаго устава, для тѣхъ произведенiй, которыя останутся подъ дѣйствiемъ предварительной цензуры.
"Въ составъ первой части труда комиссiи войдутъ:
"1) Постановленiя объ административныхъ, полицейскихъ и судебныхъ учрежденiяхъ, завѣдывающихъ дѣлами книгопечатанiя.
"2) Постановленiя полицейскiя о типографiяхъ и литографiяхъ, и о книжной торговлѣ во всѣхъ ея видахъ.
"3) Постановленiя о перiодическихъ изданiяхъ, о редакторахъ, издателяхъ, залогахъ, штемпелевыхъ сборахъ и пр.
"4) Законы о преступленiяхъ и проступкахъ, совершаемыхъ словомъ, письмомъ и печатью, и о наказанiяхъ за оные.
"5) Законы о судопроизводствѣ.
"Вторая часть труда будетъ заключаться въ составленiи устава цензурнаго."
Въ извѣщенiе о засѣданiи 19 марта сказано, что "непредрѣшая нынѣ вопроса о томъ, какiя именно произведенiя словесности, наукъ и искуства могутъ быть изъяты отъ дѣйствiя предварительной цензуры, комиссiя будетъ имѣть въ виду разработку законодательства карательнаго, независимо отъ постановленiй цензурныхъ, въ томъ предположенiи, что при существованiи полнаго законодательства о книгопечатанiи и при устройствѣ судебныхъ органовъ преслѣдованiя, кругъ вѣдѣнiя цензурныхъ постановленiй можетъ быть сокращаемъ постепенно, по указанiямъ опыта и по мѣрѣ того, какъ новое законодательство утвердится практикою и перейдетъ въ сознанiе самой литературы".
При этомъ выражено желанiе: 1) чтобы литераторы и редакторы перiодическихъ изданiй сообщали комиссiи свои мысли и соображенiя по вышеозначеннымъ предметамъ ея занятiй; 2) чтобы литература наша нѣсколько ближе ознакомила публику съ вопросами до законодательства о печати относящимися, такъ какъ сравнительное изложенiе законодательствъ другихъ образованныхъ государствъ и теоретическая оцѣнка ихъ могли бы приготовить общественное мнѣнiе къ правильному разумѣнiю силы и значенiя новой системы законодательства о книгопечатанiи.
