Наши домашние дела полностью

Размышляя о ходѣ этого важнаго дѣла, обозрѣватель «Иллюстрацiи» высказываетъ между прочимъ такiя мысли. Вопервыхъ онъ говоритъ, что печальныя университетскiя событiя прошедшаго года были явленiемъ знаменательнымъ только для прошедшаго, а не для будущаго. Слѣдовательно, прибавимъ мы, въ будущей жизни университетовъ, обновленной проектируемымъ теперь уставомъ, не должно бы оставаться никакихъ непосредственныхъ слѣдовъ этихъ событiй, такъ какъ они могутъ служить только урокомъ для будущаго, а не основанiемъ соображенiй при составленiи новаго устава.

"Обнаруживъ несостоятельность прежней организацiи нашихъ университетовъ, — поясняетъ далѣе обозрѣватель, — они (т. е. прошлогоднiя событiя) только ускорили паденiе того полушкольнаго, полуученаго строя, который уже и не могъ держаться долѣе въ средѣ людей, ясно понимающихъ высокое значенiе науки и всю несообразность притязанiй школьной рутины передъ людьми, которые вступаютъ въ университетъ съ благородной жаждой истины, съ надеждою выйти изъ него доблестными дѣятелями на пользу родины." Поэтому-то, какъ заключаетъ обозрѣватель, правительство и приступило къ составленiю новаго университетскаго устава, "сообразнаго съ нынѣшнимъ состоянiемъ науки и требованiями просвѣщенiя".

Размышляя далѣе о трудѣ, предстоящемъ ученому комитету, и о значенiи будущаго русскаго университета, "какъ храма науки, изъ котораго должны выйти доблестные дѣятели русской земли", обозрѣватель говоритъ: "Какъ храмъ науки, университетъ долженъ быть чуждъ всякой рутины, всякаго предразсудка, всего мелочного, всего недостойнаго и несогласнаго съ строгими требованiями живой современной науки. Какъ разсадникъ доблестныхъ общественныхъ дѣятелей, университетъ долженъ, во имя доблести, требовать отъ своихъ професоровъ и студентовъ серьознаго труда, серьозной любви къ истинѣ и яснаго сознанiя значенiя науки въ жизни, а не мертваго знанiя отвлеченной формулы науки, которая почти исключительно только въ этой формулѣ и являлась прежде на нашихъ университетскихъ кафедрахъ."

Въ числѣ подробностей будущаго университетскаго устава, которыя ученому комитету предстоитъ вывесть изъ современнаго значенiя русскихъ университетовъ, особеннаго вниманiя, по мнѣнiю обозрѣвателя, заслуживаетъ вопросъ о томъ значенiи, какое получатъ въ системѣ нашего общественнаго образованiя науки юридическiя. "До сихъ поръ — говоритъ онъ — онѣ постоянно были у насъ предметомъ только спецiальныхъ юридическихъ факультетовъ, а въ общемъ гимназическомъ курсѣ являлись въ самой комической роли. Но при очевидно возрастающей потребности пониманья общественныхъ интересовъ, при той роли, къ которой правительство призываетъ всѣ классы народа посредствомъ дворянскихъ, городскихъ и сельскихъ собранiй и посредствомъ должностей по выборамъ, "преподаванiе науки правъ и обязанностей не можетъ оставаться въ прежнемъ положенiи" … Для ученаго комитета возникаетъ необходимость опредѣлить тѣ формы, въ которыхъ государственный законъ долженъ стать въ курсѣ общаго образованiя вслѣдъ за закономъ божiимъ, какъ разъясненiе смысла фактовъ историческихъ и статистическихъ"…

Прослѣдимъ нѣсколько за дальнѣйшимъ поясненiемъ этой чрезвычайно серьозной мысли.

Въ помѣщенной въ "Спб. Вѣдомостяхъ" статьѣ подъ заглавiемъ "Нужно ли приготовлять особыхъ учителей для народныхъ училищъ?" авторъ ея, подписывающiйся псевдонимомъ Педагогъ, исчисляя, чтó нужно для просвѣщенiя крестьянина, включилъ между прочимъ въ свою програму слѣдующiе два пункта:

Необходимо умъ его (крестьянина) очистить отъ предразсудковъ, тяготѣющихъ надъ нимъ и нерѣдко затемняющихъ его здравый природный смыслъ, а для этого ознакомить съ значенiемъ естественныхъ явленiй, съ свойствами климата и мѣстности.

Ему (крестьянину) крайне нужно, для развитiя истиннаго патрiотическаго духа, для сознательнаго пониманiя величiя его родины, имѣть понятiе объ ея пространствѣ, богатыхъ ея средствахъ, въ настоящихъ и главныхъ фазисахъ историческаго ея развитiя.