Адам неожиданно подходит ко мне, я поднимаю взгляд и понимаю, что на моем лице все написано. Он не касается меня, но его глаза дают понять, что он беспокоится.
— Ты точно в порядке? — Он явно понимает, что я что-то не договариваю, но не лезет с расспросами.
Я встаю со стула и притворно улыбаюсь.
— Просто устала из-за перелета.
— Твои вещи в моей комнате. Оставайся там, я посплю на диване.
После услышанного мой разум кричит мне, что одна я не засну. Свечей у меня нет, а на телефоне села зарядка. Да и, честно говоря, если бы они и были, я бы не уснула, понимая, что Адам рядом. Может, он будет тем самым лекарством от моих кошмаров?
Хватаю Адама за руку: первое касание после наших объятий в аэропорту. Он явно не ожидал этого, но по глазам вижу, что он сам хочет притронуться ко мне, да только не к руке.
— Ты бы мог остаться на ночь со мной? — слетает с моих губ вопрос.
Адам какое-то время пытается переварить услышанное. Он серьезно вглядывается в мои глаза и понимает, что меня что-то беспокоит, но не решается спросить.
— Конечно, — шепчет он.
Когда мы оказываемся в комнате я не снимаю с себя одежду, даже не укрываюсь одеялом. Просто ложусь на собранную постель, и Адам повторяет за мной. Чувствую его ладонь в своей и, развернувшись на бок, нахожу спокойствие в его глазах, которые разглядываю при свече ночника.
Адам будто читает мои мысли и шепчет:
— Ничего не бойся. — И, повторив слова в голове, я заставляю себя уснуть.
Он душил меня — я задыхалась. Он касался меня — я задыхалась. Он целовал меня — я задыхалась. Он был удовлетворен — я мертва.
— Мишель, проснись. — Мое плечо чувствует прикосновение горячих рук, и я наконец резко открываю глаза и чувствую, как вспотела.
— Ты что-то шептала во сне, я испугался за тебя. Я сейчас принесу воды, — волнуется Адам, но я останавливаю его.
— Не нужно. Просто не уходи, — прошу я, и он, кивнув, берет за руку.
Его лицо такое тревожное, мне становится не по себе.
— Кто такой Зейн? — неловко спрашивает Адам, а я после его имени сжимаю ладонь Адама крепче.
Мина говорила, что мне не обязательно рассказывать все сразу, а главное — только тогда, когда буду готова. Но думаю, время настало. Я рядом с человеком, который всегда относился ко мне по-особенному. Сейчас он страдает не меньше меня, так как не понимает, что со мной случилось и как он может помочь.
— Ты просто беспокойно шептала это имя, — объясняет он, а я подношу ноги ближе, и обнимаю колени руками. Я смотрю на Адама полными сожаления и грусти глазами.
— То, что я тебе писала с момента переезда — неправда. Да, я действительно работаю в академии, как и хотела, но первые три месяца были не такие волшебные, как я описывала.
Адам сжимает мою руку сильнее, тем самым говоря, что все хорошо и я могу продолжить. Слезы поступают на глазах, но я их даже не думаю устанавливать.
— Я познакомилась с девушкой и оставалась у нее на время. Она познакомила меня со своими друзьями. — Я делаю паузу и, прикусив губу, шепчу: — Одним из которых был Зейн.
Адам слушает, не перебивая, но его взгляд… Будто он понял, что будет дальше.
— Я только и делала, что пила, курила, тусовалась. То, что я отвечала тебе позже или вообще на утро, это не из-за часовых поясов, а потому что я приходила домой вся пьяная.
Меня тошнит, когда я вспоминаю себя в таком состоянии.
— Один раз в таком состоянии я занялась сексом с Зейном прямо в туалете клуба, и потом он решил, что ему все дозволено. — Мой голос срывается, я прячу голову в колени и пытаюсь успокоиться.
Адам касается моих волос, которые прилипают к щекам, и я поднимаю голову:
— Что он тебе сделал? — спрашивает, но лицо говорит, что Адам все понял без слов.
Мои зубы впились в нижнюю губу, чтобы как-то избежать тех ужасных воспоминаний, чтобы было больно не только в душе.
— Воспользовался случаем… Я не могла помочь себе, я была ужасно пьяна. Если бы я заперла дверь или была в нормальном состоянии, этого можно было избежать, — придумываю варианты, и, возможно, со стороны кажусь сумасшедшей. — Но он взял меня прямо на том чертовом диване! И, что еще хуже мне не поверила та девушка, с которой я жила, так как безумно была влюблена в этого придурка! — Мой голос отдает полным бессилием.
Я замолкаю, Адам переваривает все услышанное. Его лицо меняется каждую секунду, и я не знаю, о чем он думает. Меньше всего хочется думать, что он разочаровался во мне.
Он тянет меня к себе, я касаюсь головой его футболки, которая с каждой секундой становится все более мокрой из-за моих слез.
— Прости, Адам… — срывающимся голосом шепчу.
— За что ты извиняешься? — поднимает мою голову и изучает мое лицо.
— Ты знал другую меня, а я врала тебе. Сейчас я плохо сплю и посещаю психолога, ну и теперь у меня татуировки, — шутливо произношу я, пытаясь сменить обстановку.
Адам улыбается, все вытирая мои красные щеки. Я смотрю в его глаза, а вскоре бросаю взгляд на губы. Мозг говорит: «Нет! Еще рано», а сердце в ответ: «Да пошел ты!», и я уже хочу коснуться губ в надежде найти покой в своей душе, но Адам резко встает и проводит рукой по волосам.
