В это же время Рик и Русе отправились в Кархолд — старинный замок Карстарков. С ними находилось около двадцати воинов и слуг. Как и раньше, Домерик взял с собой Гербера Кабана, Молчуна, Желтого Снега и Малыша Тома. Ну и конечно, Озрик Лайтфут никуда не делся.
Глядя на своих людей, Домерик испытывал отчетливое чувство удовлетворения. В их верности он не сомневался. К тому же небольшие и необременительные знаки внимания и различные подарки, что он им дарил, помогали крепче привязать их сердца. И все же он поймал себя на мысли, что ему не помешает такой же человек, как Железные Икры или Хокк Лок у отца. Возможно, Озрик подошел бы для подобной роли, только сколько лет надо ждать, пока он вырастет?
Можно было бы предложить подобное Русе. Он младший сын и маловероятно, что Родники ему достанутся. Впереди у него два брата, тем более жена Роджера забеременела.
Домерик был бы рад видеть Русе в своем окружении, но предложить подобную службу пока не решался. Кузена он считал не только родичем, но и другом. Как ему такое говорить? И как ставить его в подчиненное положение? Рисвелл может и обидеться.
Эти строчки беспечно напевал Русе, постукивая ладонью по бедру. Они ехали впереди их небольшого отряда. У кузена, судя по всему, настроение было под стать безоблачному голубому небу. Он улыбался, шутил, а теперь вот и запел.
Домерик кинул на него взгляд и решил ничего не делать. Пока, во всяком случае. Зато ничего не мешало присоединиться к кузену. И вдвоем, звонко и громко, они продолжили:
Они переправились через Последнюю реку, берущую начало в горах далеко на северо-западе, и протекающую затем через земли Амберов. Мост через нее был сложен из камней. Он выглядел таким старым, что казалось, его возвели в Век Героев.
Серые и холодные струи клокотали под высокими арками. На ближайшем дереве сидел нахохлившийся черный ворон, который и не подумал улетать при виде людей. Моросил дождь, и капли с шумом стучали по листьям. Они все промокли и мечтали оказаться в тепле.
Здесь стояла Дроздинка — небольшая деревушка на двадцать домов с плохеньким постоялым двором под названием «Три гуся». Все, что находилось на западном берегу, принадлежало Болтонам. Дальше, за рекой, начинались земли Карстарков. Разбитая, в лужах, с многочисленными ямами, дорога, вела на северо-восток.
Как и в землях Болтонов, у Карстарков леса хватало. А вот людей здесь жило меньше. Иногда они и за целый день не встречали никого постороннего.
Ближе к Кархолду вновь стали появляться деревни, крестьяне, углежоги и охотники.
Сам замок оказался меньше Дредфорта, но, пожалуй, выглядел более неприступным. Он стоял на двух крутых скалистых холмах. На одном, том, что поменьше, располагались две высокие башни с воротами и несколькими постройками. Через глубокую пропасть был перекинут мост, связывающий воротные укрепления со второй, мощной и просторной частью замка. Там имелись арсенал, кузня, конюшня и с десяток других строений. К серому небу поднимались четыре круглые башни, покрытые черепицей. На самой большой висел флаг с белым пылающим солнцем Карстарков.
Когда их кавалькада вынырнула из леса и начала преодолевать затяжной подъем, где-то на стенах звонко заиграл рог.
— Встречают! — заметил Русе.
— Ага. Торрхен наверняка обрадуется, — кивнул Рик.
— Сир Домерик, люди говорят, что дальше к северу живут великаны? — спросил Лайтфут. — Они не врут? — Великанов мне видеть не доводилось, а вот одичалые там встречаются. Временами им каким-то невероятным образом удается перелезть Стену.
— Амберы обожают на них охотиться, — заметил Рисвелл.
— А они что, и досюда добираются? — у парнишки широко распахнулись глаза и он по новому, будто только что увидел, оглядел округу.
— Может, и добираются, — Болтон пожал плечами. Его оруженосец успел много где побывать за последнее время, и немало увидел, но все равно еще оставался ребенком и верил во всякие сказки и предания. Рик с теплотой вспомнил, что и сам когда-то был таким. — Вот окажемся в замке и все спросим у хозяев.
— Совсем Маленький Джон рассказывал, что одичалые частенько тревожат их земли, — напомнил Русе, почесывая плеткой спину. — Но здесь, южнее, вроде как тихо. Хотя, я слышал, что одичалые обожают похищать молоденьких оруженосцев и отрубать им ноги.
— Ноги? — Озрик опешил. — А зачем?
— Чтобы не убежали. Они женят их на своих дочерях для свежей крови, — с деланным безразличием ответил Русе и отвернулся, скрывая улыбку.
— Что-то не похоже на правду, — не слишком уверенно ответил мальчик.
— А это ты скажешь, когда твои ноги пойдут одичалым в суп, — совершенно серьезно ответил Русе.
