— Папа тоже там? — ответить она не смогла. Лишь кивнула головой. — Ты поэтому плачешь?
— Я не плачу. Пойдем. Туман спадает.
— У тебя руки холодные. Я тебя погрею, — взял ее руку ребенок в обе ладошки, посмотрев ярко-голубыми глазами. — Мы ведь едем за папой? — отвлек он мать от раздумий.
— Да.
— Я так и сказал Райнару, когда мы прощались. Лягушонок улыбнулся, но мне кажется, он ничего не понимает.
— Не очень хорошо называть брата лягушонком.
— Папа говорит, это любя, — сказал Рогар, лукаво поджав губы.
Как же они все-таки походили на отца, впитав его повадки как губка, но девушка не огорчилась.
— Мам. А я почти не испугался.
— Конечно.
— Но… ты… Все равно, не говори папе.
Санса улыбнулась, зажав в кровоточащей руке черные монеты. Предсказания ведьмы, пожалуй, не помогут, но ей очень хотелось верить в то, что боги о ней и ее семье и вправду не забыли.
====== Маленький лев ======
Ропот толпы заглушал чеканку копыт. Опершись на палку, остановился калека, монотонным голосом пропев надоевший всем антифон о жалостливой подати. Выглянувшая из окна женщина на кого-то прикрикнула, и ей в ответ послышалась самая отборная брань, приправленная зычным смехом. Неуверенно завлекал к своему прилавку торговец, но люди его будто не замечали и упрямо проходили мимо, в последний момент расступаясь перед всадниками.
Грозно гремел доспех великоростного верзилы, недовольно оглядывавшего простолюдинов. Мужчина грубо оттолкнул от себя попрошайку, вздумавшего просить у него «всего монетку», и на замахнувшегося Сандора обернулись. Обширный капюшон слетел с рыжей головы, и на миловидную девицу, пристыдившую своего хранителя, устремились взгляды.
Высокая. Прямая. Заплетенные в косы рыжие волосы сотрясались от каждого покачивания в седле. Белая как мрамор кожа выдавала в ней северянку, да и голубые глаза ее смотрели на всех холодно, свысока, словно застывшие льды. Гордо она показывала всем, что никого и ничего не боится, равнодушно правя коня к замку, но внутри девушки все переворачивалось вверх дном. Санса представляла наяву тронный зал и то, что она там скажет, опасаясь неприятных неожиданностей, но другого выбора у нее не было.
Они прибыли несколько дней назад, и ночевать решили на подступах к столице. На постоялом дворе северян приютили довольно охотно. Леди Болтон заплатила за простой сразу и заплатила точно такую же сумму тут же… за молчание и за разговор.
Королевы в столице не было — первое, что ей рассказали. Говорили, та улетела. Вроде, куда-то в восточные земли, устраивать порядок на выбившихся из-под контроля территориях. Вместе с ней улетел и молчаливый наследный принц. Два дракона вылетели больше месяца назад в сопровождении трех судов, и в столице без Таргариенов всем заправлял недавно вернувшийся десница.
Джон мог отдать приказ и умыкнуть из столицы, опасаясь ее реакции, думала Санса, не помня, чтобы Джон был трусом. Власть делала с людьми и не такое, конечно, но… Пускай, формально он больше и не являлся Старком, подлым последний Король Севера все равно не был. Не должен был, и леди Болтон устыдила себя за подобные наветы на брата.
Винить в чем-то королеву ей казалось глупым. Бурерожденная Дейнерис Таргариен, в отличие от Джона, Брандона и… даже десницы, в аресте Рамси была не заинтересована.
Может, ноги росли от Тириона Ланнистера? Женское самолюбие девушки мгновенно заподозрило скрытые мотивы мужа бывшего — возможное желание выдернуть ее из Дредфорта посредством мужа нынешнего, но Санса тут же отмела столь глупую идею. Из всех Ланнистеров Тирион был единственным, кто относился к ней по доброму, и ей хотелось верить, что с тех пор он мало изменился. К тому же, та самая грамота, извещавшая об обвинениях, подписана была не лордом Бобрового утеса.
Больше помочь Брандону в поимке ее супруга было некому. Санса Болтон не могла никого припомнить, да и делами в столице она, к своему упущению, интересовалась лишь для общей осведомленности.
Как же ей не хотелось быть здесь. Как же ей хотелось спрятаться за зубчатыми стенами Дредфорта, в прохладе северного утра, а она жарилась под желтым солнцем юга, вдыхая зловонный запах узких улиц.
Столица будто ничуть не изменилась, и привычное желтое уныние камня лишь перебивали последствия разрушений, оставленных войной. За последние годы Железный трон сменил хозяина не один раз, а в городе по-прежнему сновали нищие, стекавшиеся сюда отовсюду. Утомленные солнцем и голодом, спокойные на первый взгляд…
Санса очень хорошо помнила, как разъяренная толпа вытащила ее, а разгоряченные мужчины чуть не изнасиловали. Тогда ее спас Сандор, и теперь она, глядя на несменный атрибут города, была очень рада, что позади возвышалась могучая фигура Пса, охранявшего ее от всех бед.
Девушка крепко сжала поводья в руках.
