бы я должна была убраться в его шкафчике, я сделала бы то же самое. Я бы оставила вещи Джоша
там – и пусть это показалось бы безумием – на тот случай, если он вернется, как будто у меня его
забрал всего лишь ночной кошмар… кошмар, который скоро закончится.
– Я сделаю это.
Высвободившись их объятий Алекса, я опрокинула содержимое своей сумки на пол. Мне
пришлось бы дважды сходить к машине, чтобы загрузить в нее все вещи, но, если это убережет
Джоша от попытки проделать это самостоятельно, я с радостью опоздаю на первый урок.
Я с легкостью опустошила верхнюю полку, просто сложив учебники на пол перед собой. Я
вернула бы их в офис регистратора или учителям – любому, кто мог бы принять их у меня, – как
только собрала бы все остальное. Я подошла к двери и осторожно начала отклеивать фотографии,
когда Джош взорвался.
– Не смей! – закричал он.
Я никогда не слышала столько ярости в его голосе и не видела, чтобы его так трясло от
эмоций. Я остановилась и посмотрела на него, все еще сжимая пальцами уголок фотографии.
– Я. Сказал. Не. Смей, – повторил Джош.
Я кивнула и разжала пальцы. Сделала пару шагов назад, уступая ему место. Он выглядел
так, словно не ожидал, что я сдамся.
Мы собрали целую толпу зрителей. Все, кто был в школе – и учителя, и ученики – ждали
моих действий. Но мне было плевать на них. Они могли выстроиться у стены, если хотели наблюдать
за шоу – это их дело.
– Хватит, – прошептал Алекс мне на ухо. – Я поговорю с Джошем и попрошу твоих
родителей помочь убраться в Эллином шкафчике.
Я кивнула, хотя прекрасно знала, что родители Джошу не помогут. Они с трудом
набираются смелости, чтобы просто зайти в мою комнату, а что уж говорить о том, чтобы приехать
за моими вещами. И, кажется, Джош тоже не намеревался выбрасывать из шкафчика остатки моей
жизни. Он уже запихал учебники обратно на полку и разглаживал помятую фотографию на дверце.
– Я могу помочь тебе, – сказала я Джошу, надеясь, что он не примет мое предложение.
Я не хотела проводить с ним ни минуты. Не хотела этого постоянного напоминания о том,
кем я однажды была и по собственной воле больше никогда не стану. Все, чего я хотела от него, так
это чтобы он перестал смотреть на меня так: с болью, злостью и надеждой, сплетенными воедино.
LOVEINBOOKS
– Мне не нужна твоя помощь, – бросил Джош.
Гнев, уже виденный мной на похоронах, снова вернулся, а я вздохнула с облегчением. С его
злостью я могла сладить.
– Отлично, если ты так этого хочешь, – ответила я.
Я повернулась, намереваясь уйти. Пусть вещи из сумки так и валяются на полу в коридоре,
но я не останусь даже на секунду в ловушке глаз Джоша. Но следующие его слова остановили меня.
Правда, которую он высказал, эхом отозвалась в моей голове.
– Это не то, чего я хочу. Все, чего я хочу, – снова увидеть Эллу, но с этим ты помочь не
можешь, ведь так?
Я подавила желание ответить, здоровой рукой сжав руку Алекса так сильно, что онемели
пальцы. Я не могла сделать этого – только не здесь, не сейчас. Не при Джоше. Не в тот момент, когда
все – и Алекс тоже – смотрят на меня.
– Нет, не могу, – сказала я, не в силах посмотреть в глаза своему лучшему другу даже в ту
секунду, когда буду разбивать его надежды. – Она умерла, и мне этого не изменить.
LOVEINBOOKS
16
У нас с Алексом был общий первый урок. Я не знала, радоваться этому или огорчаться. Он
бы стал напоминать людям, что не стоит на меня пялиться, и проследил бы за тем, чтобы никто со
мной не разговаривал. Но еще это означало, что придется играть роль Мэдди и дальше, а мне так
хотелось побыть собой хотя бы пять минут, очистить мысли и взять себя в руки.
В надежде спрятаться от любопытных взглядов я прошла в аудиторию через задний ход. Не
сработало. Все, включая мистера Питерсона, повернули головы в моем направлении.
Мистер Питерсон улыбнулся. Первая искренняя улыбка с самого утра.
– Рад видеть тебя, Мэдисон.
Мне удалось выдавить слабое «спасибо» и даже отпустить руку Алекса, чтобы сесть за стол
в углу. Мистер Питерсон не преподавал у меня раньше. Он преподавал американскую литературу.
Не английскую литературу или литературу для продвинутого уровня, а обычную американскую.
Место рядом со мной было уже занято. Я отдала должное парню, занимавшему его, – он
даже не поднял головы, когда я села. Он изучал рисунки на парте и даже не обратил на меня
внимания. Я не знала его имени. Я видела, как он бродил по коридорам и по парковке, и все.
– В первом ряду есть место, – сказал Алекс, бросив сумку на пол и ожидая, что парень
встанет.
Тот посмотрел сначала на Алекса, а затем на меня, как будто ожидая одобрения.
– Как тебя зовут? – спросила я.
Алекс выглядел удивленным. С чего это вдруг я интересуюсь именем этого парня?
был не интерес. Это была зависть. Его никто не знал, ему никто не надоедал. Он был как я до того,
как решила превратиться в Мэдди.
– Райан, – ответил он.
