Разочарованно я скомкала лист и отбросила в сторону. Звук мнущейся в моей руке бумаги
эхом разнесся по классу, все повернулись ко мне. Алекс, Дженна, Молли и даже Райан уставились на
меня.
– Я не могу, – сказала я и поднялась с места.
– Никто и не ждет от тебя прекрасной работы в день возвращения.
Мистер Питерсон приблизился, глядя на меня настороженным взглядом. Его голос звучал
уж слишком мягко, уж слишком успокаивающе. Он остановился в двух шагах от меня, глядя на
шарик мятой бумаги на моей парте. Но я не двинулась с места, чтобы подать его ему, и он сам его
поднял, расправил в руках и принялся за чтение.
Губы мистера Питерсона шевелились в такт словам. Он перевернул лист, следуя
нарисованным мною внизу стрелкам. Я знала, что он делал, знала, почему он перевернул листок
снова и перечитал написанное еще раз. Он пытался понять, как Мэдди справилась с этим. Как
девушка, только что выписавшаяся из больницы и еще не оправившаяся от горя, – та же девушка,
что с трудом зарабатывала тройку на его уроках – написала это.
Его глаза расширились. Неподдельное удивление отразилось на лице мистера Питерсона, и я
отшатнулась, опрокидывая стул. Алекс встал и знаком приказал Дженне оставаться на месте, когда
она хотела последовать за ним.
– Мэдди? – мистер Питерсон положил свою руку на мою, пытаясь привлечь мое внимание. –
Мэдди, это хорошая работа.
– Знаю, – прошептала я, направляясь к двери. – В этом-то и проблема. Она слишком хороша.
6 Прим. пер.:
LOVEINBOOKS
Я слышала, как Алекс позади меня говорил что-то о том, что разберется с ситуацией. Я не
ждала, пока он догонит меня. Я бежала по коридору так быстро, как могла. Бежала туда, куда Алекс
не пойдет за мной, в то единственное помещение во всем здании, где двери запираются на замок.
LOVEINBOOKS
17
В туалете было абсолютно пусто. Тишину нарушал только звук старого радиатора,
работающего в полную силу, чтобы накачать тепло. Я вошла в последнюю кабинку и закрылась на
замок. Алекс остался у наружной двери, стуча и выкрикивая мое имя. Я почти ожидала, что он
войдет. Какая-то часть меня даже хотела этого, ведь тогда я могла бы упасть в его объятья и
заставить себя эгоистично поверить словам о том, что все будет хорошо.
Я отогнала от себя мысли о Мэдди, об аварии, о Джоше. Выбросила из головы слезы моей
мамы, шепот, угрожающий задушить, и пронзающие насквозь взгляды учеников. Мне нужно
избавиться от этого.
Постепенно мои мысли прояснились. Грязные плитки на полу в туалете расплылись в
мутное серое пятно. Я с удовольствием сидела бы тут вечно, но раздался звонок, и шум стал
пронзительней, усиливаясь и затихая, когда дверь стала быстро открываться и закрываться, впуская
и выпуская девочек. Мне не хотелось, чтобы меня заметили, я подняла ноги на сидение и притихла.
До меня донеслись обрывки сплетен, которые я пропустила за последние пару недель.
Дженна претендует на звание королевы Снежного бала, но это меня не удивило. Возможно, она и
была подругой Мэдди, но в ее голубых глазах я отчетливо улавливала искру зависти.
– Должна сказать, если речь идет об агитации, то Дженне с этим повезло. Я имею в виду, с
чего бы парням за нее
себя так, но Мэдди была абсолютно права насчет Дженны. Она очень опасный соперник. Уверена,
Дженна не погнушается использовать в качестве козыря на голосовании свои формы.
– Она не победит. Алекс этого не допустит. Плюс, у Мэдди будут голоса из жалости. Это
что-то, да значит.
Я съежилась от этих слов, вспоминая разговор, который подслушала дома месяц назад.
Мэдди была в ванной с телефоном на громкой связи – это давало ей возможность разговаривать и
краситься одновременно. Они с Алексом разрабатывали стратегию, размышляя над тем, кто за кого
проголосует. В итоге Мэдди и Дженна оказались в одной связке. Я не расслышала, как Алекс
планировал с этим разобраться – его слова утонули в шуме бегущей воды. Но я слышала, как Мэдди
спорила с ним. Что-то в ее последнем плане пошло наперекосяк.
Я тогда не обратила на этот разговор внимания, не стала даже вникать, о чем идет речь.
Мэдди часто драматизировала и, бывало, слетала с катушек из-за какого-нибудь пустяка вроде
сломанного ногтя.
Я отмахнулась от воспоминаний и перестала прислушиваться к болтовне снаружи, больше
раздумывая о том, что стала бы делать, если бы Мэдди… если бы меня и вправду выбрали королевой
Снежного бала. Наверняка пришлось бы надеть платье и каблуки, сделать прическу и маникюр,
танцевать с Алексом, улыбаться и обмениваться фальшивыми поцелуйчиками с людьми, которые
мне не нравятся. У меня не было ни малейшего желания делать все это. Но Мэдди сделала бы это, не
задумываясь.
