— Сами машины новые, даже модернизированного образца. Взяты из резерва 1-й категории.
— А что за экипажи?
— Из маршевого пополнения. Меня заверили, что их укомплектовали исключительно сержантами второго года службы и водителями-инструкторами...
— Ладно, понятно. Переигрывать всё равно поздно, хотя эта разнотипность во вверенном мне подразделении — только лишняя головная боль и не более того. Когда вылетаем?
— Через сорок минут.
— Тогда я пойду к бойцам?
— Идите, майор, разрешил снова возникший из-за плеча генерал-майора полковник Владимир Владимирович и добавил, обращаясь к Ольге Смысловой, которая до сего момента была пассивным зрителем при нашей с генералом беседе: — А вас, товарищ капитан, попрошу за мной...
Ольга взвалила на себя свои сумки и потопала за сразу же начавшим что-то ей втолковывать начальством. Я огляделся. «Дядя Вася» курил и сквозь табачный дым задумчиво смотрел на взлетающие истребители. Остальное начальство кучковалось вокруг него, но закуривать генералы и полковники почему-то не решались. При том что было понятно — он тут, безусловно, самый старший по званию и авторитетный, но командует здесь явно не он. Что-то подсказывало мне, что у нашей операции могло быть какое-то «двойное дно». И я не ошибся.
Пока же я рванул к своим подчинённым. Нашёл их доедающими кашу с тушёнкой возле уже развёрнутой ВДВэшниками полевой кухни и оттого пришедшими в весьма хорошее расположение духа. У меня лицезрение этого «завтрака на траве вызвало что-то вроде умиления — гляди-ка, оказывается, у гвардейцев-десантников тоже походные кухни есть! В такие моменты я всегда почему-то живо представляю, как из самолёта вываливается парашютная платформа, на которой закреплена по всем правилам полевая кухня с кипящим борщом, и над ней в нужный момент раскрывается многокупольная система. А следом прыгает с парашютом крутой воздушно-десантный повар с половником в брезентовом чехле. По крайней мере, если послушать воздушно-десантных поваров и хлеборезов (а я их баек богато послушал, ещё будучи курсантом), на учениях ВДВ всё происходит именно так... Кстати, здесь повар наличествовал, росло-мордастый, как и положено по должности — в тельнике, белой куртке и таком же колпаке. Не успел я подойти, как Саня Черняев тут же сунул мне в руки котелок с горячей кашей, хлеб и ложку.
— Питаетесь? — спросил я у личного состава.
— Так точно, — тарищ командир, ответил за всех старлей Маликов, судя по всему, уже поевший и оттого выглядевший почти счастливым.
— Значит, так, орлы, — сказал я личному составу. — Сейчас быстро доедаем кашку и допиваем компот, а через полчаса дружненько грузимся в самолёты и летим в Англию поддерживать огнём и манёвром наши доблестные ВДВ...
Далее я в двух словах объяснил всё, что можно было объяснить.
Не скажу, что бойцы удивились. Те, кто ещё не доел свои порции, заметно ускорились. Я тоже поклевал из котелка. Наверное, это было даже вкусно, но вкуса я особо не почувствовал — голова была занята другим. Пока я жевал, обратил внимание на то, что среди пробегавших и проходивших мимо нас десантников попадались и ребятишки с курсантскими погонами. Признак был не особо хороший. Раз курсанты из Рязанского оказались здесь, считай, на самой передовой, значит, ВДВ уже воюют на всю катушку и потери, видимо, тоже несут неслабые. Иначе зачем здесь эти «курсантские батальоны», в стиле 1941 года?
Кстати, компота у ВДВ в этот раз не было, вместо этого повар выдал мне кружку жидкого ягодного киселя. В момент, когда я допивал кисель, возле кухни появился полковник Владимир Владимирович. Слава богу, мои бойцы уже по большей части рассосались от кухни и теперь кучковались возле стоянки серебристо-белых транспортных «Ил-76».
— Ну и как оно вам, майор, — поинтересовался полковник.
— Мне не всё и не вполне понятно, — честно ответил я, возвращая пустую кружку и поблагодарив воздушно-десантного кашевара. — Кстати, а почему НАТО до сих пор не догадалось нанести по этому месту массированный ракетный или авиационный удар? Такая лакомая цель...
— Во-первых, у них уже явно недостаточно для этого сил и средств, коль скоро сейчас речь идёт уже об угрозе непосредственно для территории США. А во-вторых, их разведке была слита информация о том, что мы, для гарантии, держим в местах, подобных этому аэропорту, американских пленных и местных жителей...
— А мы на самом деле их держим?
— Это не важно, майор, держим ли мы кого-то в качестве «живого щита». Важно другое — об этом знают в Пентагоне. И ведут себя соответственно...
— Понятно. А как насчёт всего остального?
— А про остальное — всё, что вам не понятно, капитан Смыслова объяснит по ходу дела.
— Так мы что — будем действовать в её интересах?
— А вы как думали, майор? Иначе зачем нам посылать туда танки?!
— То есть надо понимать так, что вслед за нами туда никаких других танков больше не пошлют и мне предстоит рассчитывать только на себя?
— Ну почему же... Не всё так плохо. В конце концов, это идея командования ВДВ. А уж оно посмотрит по ходу дела, а там решит и насчёт подкреплений и прочего...
