– Почему у тебя на диване имени Сана пахнет мазью Вишневского?
– А это мне продырявленную ногу лечили.
Мы долго бесимся и скрепляем свою возню поцелуями.
– Не стремись к большему, – бросает она. – А ты стремишься!
– Плох тот солдат…
– Я тебе дам генерала! Надо завязывать с этими моими наездами…
– Я люблю тебя.
– А я… Я могу привыкнуть к тебе. Да кому это надо? Замуж я не собираюсь. Моя цель поступить. Я и учебники принесла. Давай начинать готовиться. Да только ну какая с тобой подготовка?! Давай до августа дадим друг другу свободу. Иначе я завалю.
– Я тебе дам завалю! А что такое свобода? Вот тут, – я постучал по краю листка, выглядывал из-под настольной лампы, – я списал у Пришвина. Читаю: «Есть такой час в жизни почти каждого человека, когда ему представлена возможность выбрать себе по шее хомут. Если такой час в собственной жизни вы пропустили, то прощайтесь навсегда со свободой, если же он у вас впереди, ждите его с трепетом и непременно воспользуйтесь. Наденете хомут сами на себя – и будете свободны, пропустите свой дорогой час – и на вас наденут хомут, какой придётся. Свобода – это когда хомут хорошо приходится по шее, необходимость – когда он шею натирает. Умейте же выбрать себе хомут по шее и будете свободны так же, как я».
«Пусто никогда не бывает в лесу.
А если кажется пусто – сам виноват».
Утро. Электричка. Тамбур под завязку.
Распомаженная дева спрашивает мужчину:
– Вы выходите?
– Нет.
– А как же я выйду?
– Наверное, ножками.
В метро столпотворение. Какой-то малый, обгоняя меня, упёрся в моё плечо. Я оскорбился. Меня оттирают! Я упёрся в его плечо. Летим быстро плечо в плечо. Я резко остановился, и он чуть не упал мне под ноги.
Мы рассмеялись и разошлись.
Как-то неуверенно заходит новый выпускающий Петруня.
– Заходи смелей! – махнул ему Бузулук.
– А вот возьму и не зайду. – Петруня тряхнул листком. – Где Калистратов?
– Он с Молчановым на курсах повышения мастерства.
– Они очень правильно поступили. И своевременно. Накрутил тут этот де Калистрато… Возвращаю до выяснения, – и положил заметку Севе под лампу.
Марутов стучит ногтем по столу:
– Этот Калистратов – небожитель! У него в мозгу одна извилина и та прямая!
Олег покритиковал в «Тассовце» казанского корреспондента Дьяченко.
Теперь за то выговаривают Олегу на каждом углу.
– Оказывается, корреспондентов нельзя ругать, – говорит Олег. – Они святей коровы в Индии. И подтолкнул меня на эту чёртову критику Иванов.
– Поменьше будешь играть с ним в шахматы, – поддела его Татьяна.
– Да-а, – вяжется в разговор Сева. – Корреспонденты обидчивы. Есть в Тбилиси Воробейчик. Кацо ему говорит: «Слюши, Соловейчик…» – «Я Воробейчик!» – «Слюши, какой разница? Всё равно птичка!»
Татьяна загробно:
– Ребята, вчера моего Марсика разоблачили.
Она бродит от стола к столу и всем суёт под нос фотографию:
– Он должен быть таким. А он оказался не мальтийской болонкой, а карликовым пуделем.
– А моему приятелю, – говорит Новиков, – подарили кота. Приятель назвал его Джигитом. Через год спрашивают: «Ну, как Джигит?» – «Мой Джигит окотился!»
Чихнув, Татьяна подтвердила:
– Верно! А что чихаю, так это дело рук Калистратова. Ты открывал форточку. Дело твоих белых ручек.
– Не моих.
– Но с твоего благословения.
Звоню Надежде:
– Ты почему вчера не пришла?
– Я забыла. И пошла с Римом в кино на «Короля Лира».
– Король влип! Она за-бы-ла! Зато я вспомнил. О розгах. Они мокнут у меня в чане. Я тебе напомню.
– Знаешь, я вспомнила, когда села…
– … к нему на колени?
– Вот ещё! Ты не подумай чего! Ты всегда не то думаешь. Мы держались на пионерском расстоянии. Иначе и не могло быть. У него четверо установленных и шестеро неустановленных детей.
– Универсалище! Дай его телефон. Я сочиню ему День Бородина!
– Я знаю. Ну не надо.
– Я отобью у него желание уводить чужих лемур.
– Ты не злись. Я просто дала тебе намёк на будущее.
– Чтобы предвидеть будущее, надо хорошо знать прошлое. К моменту… Расскажи про своих кадревичей. Сколько их было?
Она сосредоточенно тихо шепчет, загибает пальцы.
– Какая-то длинная у тебя арифметика… Что, может, уже на пальцах ног считаешь?
– Не сбивай. На руках насчитала девять. Пока хватит…
– Мда-а… Запомни. Я твоя путеводная звезда. Всех прочих козлов побоку. Главное – учиться! Пока молода… И потом… Тебя устраивает твоя работа?
– А чего? Секретарь главного редактора. Звучит!
– Это по-твоему… Ну что такое секретарша редактора технического журнала для подростков? Девочка на подхвате. Девочка на побегушках. Заточи карандаши! Пригласи такого-то!.. Надо хватать основательную профессию. А это даст только учёба. Пиши обязательство учиться.
– Считай, оно у тебя в кармашке.
– Ты будешь у меня учиться! Возьму на завтра билеты на фильм на немецком языке «Девушка из джунглей». Встретимся завтра вечером в кино.
– Я не смогу. Провожаю к тёте маму.
– Проводишь и приедешь. В восемь тридцать.
Она пришла сегодня вечером.
Идёт. Виновато улыбается.
