Довольно неожиданно внутри центрального купола вспыхнул огромный источник силы, создавая какой-то барьер или преграду. Свен поднял чётки, хитрым образом расцепил их и одним движением стянул все костяшки с нитки, ссыпая их за пазуху. Нить, кстати, была необычная, стальная, с кольцом для пальца. Секундой позже к свободному концу он прикрепил второе кольцо, продевая в них средние пальцы. Растянул струну, посмотрел на неё оценивающе. Хорошая удавка, такой можно голову отрезать и сил много прикладывать не нужно.
— Сейчас отличный шанс. Если сломаешь барьер, то я его убью, — говорил он спокойно, словно констатировал факт.
— Великого мастера? — я посмотрел на него как на идиота и самоубийцу.
— Сейчас он слаб. Но станет сильней, когда съест девочку. Он занят и не обращает внимания на то, что происходит вокруг, — Свен скользнул ко входу в центральную часть. Быстро заглянул за угол и немного успокоился. Поманил меня.
Хотелось выругаться и что-нибудь кому-нибудь сломать. Я отлично представляю разницу между нами и великим мастером, пусть даже слабым и старым. Он нас в порошок разотрёт и не заметит. Но мои сомнения и нерешительность исчезли, когда я услышал стон. Это был голос Таши и в нём звучала мука. Я метнулся к проходу, где стоял Свен, выскочил в проход. В центре, отгородившись от мира действительно сидел старик Цзы и Таша. Он — спиной к нам, подняв руки, направляя ладони к кристаллу. И то, что происходило мне совершенно не понравилось. Не знаю, что за силу он использовал, никогда о подобном даже не слышал. С его ладоней на кристалл падал жёлтый свет, и по широкой дуге переходил к Таше. От неё же в кристалл тянулась тоненькая золотая ниточка. На лице девушки отразилась гримаса боли, глаза открыты, но зрачки дрожат в самом верху, словно пытаются спрятаться.
— Убью суку! — прорычал я, падая в какую-то неописуемую ярость и злобу. Не раздумывая, бросился на полупрозрачную преграду, разделяющую нас, но чувство такое, словно врезался в стальную стену.
Вонзив в преграду пальцы, попытался разорвать её, разгоняя доспех духа так сильно, что в глазах потемнело. Собственно, без ощутимого результата. Наивно полагать, что его защита слабее моей, но проверить стоило. Мне бы время, чтобы разобраться, что за защиту он использует, тогда я бы вскрыл его как большую консервную банку. Жаль, что ещё недостаточно силён, чтобы использовать особую технику. Так, надо успокоиться.
— Приподниму край над полом, — сказал я. — Не успеешь пролезть, разрежет на две части.
На секунду нижний край полупрозрачной стены стал ярче и начал подниматься. Первые десять сантиметров легко, но каждый последующий давался всё тяжелее. Когда край приподнялся на половину локтя, я едва мог его удерживать. Свен нырнул вперёд головой, и пролетел в просвет, словно его смазали жиром. Отпуская барьер, я едва не отхватил ему ноги, он в самый последний момент умудрился поджать их. Прежде чем барьер успел коснуться пола, Свен уже накинул удавку на шею старику, резко повернулся спиной и потянул на себя, что есть сил. Стул, на котором сидел Цзы хрустнул и разлетелся мелкими осколками. Он моментально выпал из транса, прерывая технику, попытался просунуть пальцы между шеей и струной, но не смог. Я видел, как его пальцы лишь скользнули по шее, перепачкавшись в крови. А Свен тянул с такой силой, что у него мышцы на шее вздулись, а глаза налились кровью.
Всё произошло очень быстро, всего несколько секунд борьбы и голова старика взметнулась вверх, отсечённая от тела и, разбрызгивая капли крови глухо стукнулась об пол. Звякнула спица, вылетевшая из причёски и звонко покатилась по камню.
— Кровь, — в наступившей тишине, сказал тяжело дышавший Свен, ткнул в меня пальцем, — не оставляй.
Быстро вытащил платок, успев зажать нос. Вроде бы на пол не упало ни одной капли. Свен же стащил с пальцев кольца удавки, и я заметил оставшиеся синие отметины. А палец на левой руке начал быстро опухать. Поспешив к Тяше, сползшей со стула на пол, я осторожно перевернул её на спину. Дышит. Бледная только. Использовав немного сил, проверил, что внутреннее море у неё не повреждено. Опустошено только на четыре пятых, но это не страшно. Недели за три придёт в норму. Встав, я повернулся, широким движением смахнув кристалл с постамента, разбив его вдребезги о стену.
— Зря, — не оборачиваясь, сказал немец. Он склонился над телом, шаря по внутренним карманам одеяния мудреца. — Цзы иногда уходит, не предупреждая никого. А камня хватятся.
— Пусть думают, что он его с собой утащил, — отмахнулся я. — Надо только осколки смести.
— Я подчищу здесь. Забирай девочку и уходи.
— Девочку, — передразнил я его. — Вполне взрослая девушка.
