Совсем скоро не осталось никого, кто был бы готов встретиться с ним лицом к лицу, и несмотря на приказы и большие деньги, которые им посулили, оставшиеся в живых несколько убийц предпочли ретироваться. Льюис зарубил их со спины, оставив в живых одного. Он выбил почву у него из-под ног и надавил ногой на руку, державшую меч, пока тот её не разжал. Убийца попытался отползти. Охотник за Смертью наклонился над ним и наёмник резко перевернулся и попытался ткнуть спрятанным кинжалом в незащищённый бок Льюиса. Льюис с презрительной лёгкость выбил кинжал из рук и выключил силовой щит, стараясь сохранить энергию, которая в нём ещё оставалась. Затем схватив убийцу за красную церковную мантию, поднял его на ноги. Мужчина сопротивлялся и пытался высвободиться. Защитник подтянул его поближе и нанёс удар лбом по лицу. Вместе со сломанным носом и хлынувшей из него кровью, из наёмника вытекла и вся воля к сопротивлению. Он бы упал, если бы Льюис его не поддерживал. Льюис уткнулся лицом в разбитое лицо своего врага.
— Ты профессионал. Что именно вы тут делаете? Кто оплачивает всё это? Кто всё организовал?
Заряд дисраптера, прилетевший откуда-то из толпы, ударил в голову наёмника и та взорвалась красными брызгами разлетевшихся мозгов и костей, забрызгав всё лицо Охотника за Смертью. Он не вздрогнул и не вскрикнул, просто отпустил обезглавленное тело, стараясь быстро разглядеть в толпе стрелка. Но тот, кто заставил убийцу замолчать давно исчез, затерявшись среди разбушевавшейся толпы. Льюис свирепо огляделся по сторонам и все вокруг отступили или по крайней мере попытались. Обезумевшие от пролитой крови и выкрикиваемых провокаторами лозунгов, среди них тем не менее не нашлось ни одного достаточно сумасшедшего, кто бы осмелился напасть на Охотника за Смертью. Уродливое лицо Льюиса сейчас стало ещё страшнее, и дело было не в крови и кусочках мозга, прилипших к его лицу.
Он пошёл прямо сквозь толпу, выкрикивая резким и сулящим смерть голосом о том, чтобы все бросали оружие и сдавались. Многие так и делали. Тех, кто этого не делал или просто не успевал сделать, он убивал не задумываясь. Он вышел за рамки работы миротворца и даже Парагона — сейчас это была просто месть, бойня, призванная запугать и устрашить окружающих. Где бы он не проходил — бунт прекращался.
Но то был всего лишь один человек и он не мог быть везде. Сотни, тысячи обезумевших фанатиков всё ещё не успокаивались, нападая на любых представителей власти.
Эмма Стил прекратила сражение, чтобы прикрыть спину Льюису. Её броня была пробита во многих местах и забрызгана кровью, частично её собственной, а то, что оставалось от её гордого пурпурного плаща висело лохмотьями. Чудом избежав попадания заряда дисраптера в голову, ей всё же выжгло с одной стороны волосы, но лицо по-прежнему оставалось спокойным и безэмоциональным, а её меч опускался и поднимался с потрясающей эффективностью, покуда она прокладывала себе дорогу сквозь толпу, пробираясь к Охотнику за Смертью, лишь еле заметно нахмурившись, словно решая какую-то простую, но неприятную проблему. Она подошла к Льюису сзади, чтобы прикрыть ему спину, но он этого даже не заметил.
Он шёл сквозь толпу разрубая любого, кто был настолько глуп, чтобы встать у него на пути, пристально высматривая в толпе холодными, хищными глазами провокаторов, которые разжигали её ярость тщательно подобранными лозунгами. Когда между ним и провокаторами не было никаких препятствий, он стрелял в них из дисраптера, но большинство только завидев его сразу прятались в толпе. В этом случае Льюис стрелял прямо сквозь людей, когда был уверен, что поразит цель. Сейчас он не был Парагоном и даже Защитником. Он был Охотником за Смертью, мстящим за своих павших друзей и товарищей. Он подумает о всех ужасных совершённых им делах позже, когда снова позволит себе чувствовать.
И в то время как он сражался и убивал, какая-то часть его напряжённо раздумывала, ломая голову над возможной альтернативой и отчаянно пыталась найти другой способ покончить с жестокостью и безумием. Что-то такое, что поможет утихомирить толпу не прибегая к стольким убийствам.
Но другого способа не было. Здесь не было энергосетей, не было усыпляющего газа. Только резня и кровь. И его долг. Долг Парагона, Защитника и Охотника за Смертью — защитить Парламент. Отвлечь на себя внимание толпы, пока не прибыла армия. Даже ценой собственной жизни.
