Всё проходило без сучка и задоринки, пока Эмма Стил внезапно не появилась из ниоткуда и не выступила на его стороне. Он был наслышан о её репутации. Все были наслышаны. Он не мог изображать перед ней фиктивные дуэли и надеяться, что она не заметит. Поэтому он мысленно пожал плечами и стал убивать своих людей по-настоящему. Он делал это быстро, прежде чем они понимали, что он больше не притворяется. Но даже так он заметил, что Эмма посмотрела на него странным, немного озадаченным взглядом до того, как последний из наёмников умер, и настоящая толпа окружила их, вынудив обоих сражаться по-настоящему.
Финн только начал прокладывать путь, с помощью которого он бы добрался до края обезумевшей толпы и относительной безопасности, когда над ним раздался сильный хлопок перемещённого воздуха, и он резко подняв голову, увидел военные гравибаржи, появляющиеся в небе. Огромные, тёмные корабли, ощетинившиеся рядами дисраптерных пушек, каждая из которых была направлена на толпу внизу. Громкие голоса из ретранслятора призывали толпу бросать оружие и сдаваться, иначе... Финн и Эмма стояли спиной к спине, готовые к бою и осматривались вокруг, ожидая в какую сторону подует ветер. Бунтовщики уже вкусили крови и могли продолжить сражение. А затем появились экстрасенсы, десятки экстрасенсов, парившие в воздухе между народом и гравибаржами, и глядевшие на бесформенную массу обычных людей под ними, как ангелы в ожидании суда. Их глаза слепили словно солнце, покуда они висели в воздухе без какой-либо поддержки, и от их присутствия было такое сильное ощущение, что почти подавляло. А затем они заговорили одним голосом, звучащим напрямую в сознании каждого — великим богоподобным Голосом, которому нельзя было ни оказать сопротивление, ни оспорить, только подчиниться.
Опустить оружие. Стойте на месте. Ждите, пока не придут правоохранители и не уведут вас.
Повсюду люди стали бросать дисраптеры, мечи и всё, что заменяло им оружие. Их руки разжимались против собственной воли. Импульс принуждения в их разумах заглушал всё, оставляя только базовые мыслительные процессы. Их лица и глаза становились пустыми — вся ярость, страсть и индивидуальность была стёрта в мгновение ока. Только выжившие правоохранители, силы правопорядка и Парагоны были не затронуты этими телепатическими чарами. Эмма медленно опустила свой меч, удивлённо оглядываясь. Финн убрал меч и оружие, и незаметно ушёл. Правоохранители начали медленно пробираться сквозь тихую, безразличную толпу, выискивая нарушителей и подстрекателей, попутно собирая брошенное оружие. Телепаты перемещались по воздуху над толпой и сканировали мысли людей в поисках тёмных секретов. Ещё недавно это было бы не законным, практически немыслимым шагом, но сейчас у Сверхдуши было разрешение Короля. И на данный момент мужчины и женщины, которые ещё недавно были готовы сражаться и умереть за то, во что верили, апатично и беспомощно стояли, позволяя им это делать.
Они стояли там, пока не пришли войска и не начали уводить их в наручниках, а медики приступили к лечению раненых и подсчёту погибших. А погибших было много. И на удивление много погибло Парагонов. Любимые герои Империи лежали тихо и спокойно на окровавленной земле, укрытые разорванными пурпурными плащами.
Парламент и Король наблюдали в тишине за тем, как безучастно стоит народ, с глазами пустыми и безропотными, как у травоядных зверей. Правоохранители уводили людей, которые были замечены средствами массовой информации, как организаторы и провокаторы массовых беспорядков. Иногда правоохранители били или применяя силу бросали таких людей на землю и пинали, а те спокойно принимали побои, неспособные протестовать или защищаться. В воздухе всё ещё оставалось много злобы, она шла от тех, кто смог выжить в этом безумии. Большинство народа отправят в наспех собранные тюремные лагеря, которые военные разворачивали на окраинах города. Время для судов, закона и права, придёт позже.
Большинство из них вероятно отпустят, выдав предупреждение. Засорять Суды многочисленными делами не было ни в чьих интересах. К тому же объединившиеся Нейманы и Церковь показали себя грозной силой. Не стоит дополнительно их провоцировать. Но ни один Парламентарий не сказал этого вслух. Им и не нужно было. Они просто сидели и молча наблюдали за тем, как народ сортируют и уводят прочь. В воздухе высоко над ними, словно и были для этого рождены, излучая спокойствие парили экстрасенсы, а их могущественные разумы легко удерживали под контролем толпу. Некоторые из них улыбались. Сейчас они уже не выглядели ангелами. И были больше похожи на хищных птиц, ожидающих, когда издохнет медленное и глупое животное.
— Экстрасенсы, контролирующие людские умы, — в конце концов сказал Мишель Дю Буа голосом, полным холодной, усталой горечи. — Заставляющие их мыслить так, как они того хотят. Лишая их свободной воли, делая рабами. Не напоминает ли вашему величеству это ничего? Не так ли поступили Эльфы несколькими неделями ранее на Аренах?
