Всмотревшись в лицо рыжеволосой девушки, Элли поняла, что этот разговор не имеет никакого смысла, поскольку Кэти никогда не раскроет источник своей информированности. Хотя бы потому, что вся эта история и связанные с ней события здорово ее развлекали и забавляли.
Смирившись с поражением, Элли повернулась, чтобы уйти, но Кэти не хотела так просто отпускать ее и ехидным голосом бросила ей вслед:
— Почему бы тебе не сбегать сейчас к Сильвиану и не поплакать у него на груди? Ой, что это я говорю? — Кэти в притворном смущении прикрыла ладошкой рот. — Может, мне следовало сказать «к Картеру»? Нет? Извини, я совсем запуталась. Так к кому из них ты бегаешь на этой неделе?
Элли, сжав кулаки, крутанулась вокруг своей оси. У Кэти расширились глаза.
— Неужели ты собираешься меня ударить? — Она залилась смехом, в котором сквозило пренебрежение. — Пора взрослеть, Элли. Твои подростковые замашки производят жалкое впечатление.
— Себя пожалей! — Бархатный голос Николь прозвучал неожиданно, и удивленные ее появлением противницы чуть ли не синхронно повернулись в ее сторону. Но сверкающие глаза Николь были устремлены на Кэти. — Еще неизвестно, кто здесь производит жалкое впечатление!
Кто‑то из зрителей хмыкнул. Кэти же определенно разволновалась и попытаться вновь взять инициативу в свои руки лишь после того, как призвала себя к порядку и внимательно оглядела толпу.
— Твои заявления, Николь, достойны смеха. Я знаю, что ты целовалась с ней, но зачем вмешалась в наш разговор? Влюбилась в нее, что ли?
Николь, забросив черные блестящие волосы за плечо, одарила Кэти таким пренебрежительным взглядом, что можно было подумать, будто перед ней какая‑то букашка или червяк.
— Думаю, проблема заключается не в том, кого поцеловали я или Элли, а в том, кого хочешь поцеловать ты, так как этот человек не только не хочет целоваться с тобой, но и не обращает на тебя никакого внимания.
Лицо Кэти стало наливаться некрасивым багровым румянцем. Некоторое время она взирала с полуоткрытым ртом на Николь и Элли, словно пытаясь что‑то сказать, но из ее уст не вырвалось ни единого напитанного желчью или сарказмом слова, и толпа поняла, что Кэти, пусть и ненадолго, полностью утратила способность говорить гадости.
Элли, казалось, тоже лишилась дара речи. Не издав ни единого звука, она лишь смотрела на Николь широко раскрытыми глазами. Брюнетка же улыбнулась ей с таким беззаботным видом, как если бы они только что болтали о погоде.
— Пойдем отсюда, Элли, — сказала она, беря девушку за руку. — На свете множество умных людей, с которыми действительно интересно обменяться словом.
— Угхм… Спасибо тебе, Николь, — произнесла, запинаясь, Элли, когда они выбрались из толпы и пошли по коридору. Несмотря на небольшой рост и субтильное сложение, Николь двигалась очень быстро, так что девушки в течение минуты оставили место конфронтации с Кэти далеко позади. — Мне ведь и вправду хотелось стукнуть ее.
— Не стоит благодарности, Элли, — с ангельской улыбкой сказала Николь. — Я ненавижу Кэти Гилмор, так что, немного сбив с нее спесь, доставила удовольствие, прежде всего, себе самой.
Девушки намеренно старались идти там, где было больше студентов, хотя Элли не имела представления, куда они направляются.
— Послушай, — сказала она, — относительно вчерашнего вечера…
— Здорово было, не так ли? У всех от изумления глаза на лоб полезли. — Николь хихикнула. — Но шокировать англичан — не такое уж трудное дело.
— Я о том, что ты тогда сказала… — Элли одарила ее скользящим взглядом. — Насчет Сильвиана… Он действительно не твой бой френд?
Николь остановилась и повернулась к ней лицом. Ее пухлые губы изогнулись в лукавой улыбке.
— Мы с Сильвианом дружим с шести лет. У наших родителей летние домики рядом. Мы вместе играли у моря, а потом вместе пошли в школу. Когда же подросли… — она помахала рукой, будто отгоняя муху, — …в качестве эксперимента начали встречаться. Но эксперимент не получился и в серьезные отношения не перерос. Я довольно странно себя чувствовала, когда мы целовались. — Николь наморщила носик. — Складывалось такое впечатление, будто я целую собственного брата. Так что теперь мы просто лучшие друзья. — Она очень внимательно смотрела на Элли и добавила: — Я почему‑то подумала, что тебе будет интересно это знать.
Вокруг них стоял ужасный шум. Двигавшиеся по широкому коридору ученики кричали, переговаривались и громко смеялись, но Элли практически их не слышала.
— Ты полагаешь… я могу… — Она замолчала, не закончив фразы.
«О чем, интересно знать, я спрашиваю, чего добиваюсь?»
Но Николь ответила на ее незавершенный вопрос без малейших колебаний.
— Мне представляется, что в некоторых случаях люди слишком много думают, тогда как вместо этого иногда лучше прислушаться к голосу собственного сердца. Больше доверяй своим инстинктам — вот что я тебе скажу… — Николь указала на дверь в стене коридора. — Мне нужно посетить семинар по естественным наукам. Не желаешь присоединиться?
Элли отрицательно покачала головой.
