…Горячие руки Эсмонда крепко обвили ее тело. Эйрин встрепенулась, расслабляясь в его надежных руках.
— Почему так долго? Эсмонд, почему же ты не идешь…
Королеве было приятно находится с ним рядом, тонуть в его изумрудных глазах.
— Эсмонд! Я тосковала…
— И я, родная! Очень сильно…
Его горячие губы накрыли ее рот, языки сплелись в клубок страсти. Оба вспыхнули от наслаждения и вбирая стоны друг друга в себя.
Его руки обследовали ее тело, натыкаясь на животик.
— Детеныш мой!
Он коснулся губами пупка, чувствуя связь ребенка и матери. Поцеловал. Нежно, исследуя их обоих, стараясь запомнить этот счастливый момент. Ребенок шевельнулся.
— Дорогой! Ты чувствуешь его?
— А как же, Эйрин. Каждой клеточкой своего тела. Он прекрасен…
— Я очень соскучилась! — вновь всхлипнула она, глядя на него глазами, цвета растопленного масла.
Такого желтого, горячего и чуть сладковатого.
— О Боги! Что ты со мной творишь, родная! Что творишь…
Они раздевали друг друга медленно. Пуговицу за пуговицей, пытаясь растянуть момент соития.
Девушка провела ноготком по груди мужа, царапая темную кожу.
— Ахр… — прорычал Эсмонд, перехватил ее пальчик и отправил его себе в рот, нежно посасывая.
— Ты очень сладкая… вкусная… так и хочется тебя съесть…
— Ммм, сир! Не дразните меня.
— А чего ты хочешь, голубка?
— Тебя…
Он впился в ее губы, спускаясь все ниже и ниже и вот уже его язык играет с ее сосками, превращая их в маленькие твердые бутончики.
Ниже и ниже, добираясь до ее средоточия. Король с шумом втянул ее запах и слизнул маленькую капельку влаги, стекающую по клитору.
— Моя добыча…
Нежно раздвинув ее губки, начал ласкать ее, доводить до пика наслаждения, до потери пульса. Уводя за собой в далекие и неведомые миры, заставляя заново сверкать тысячами бриллиантов.
— Моя любовь…
Он проник языком во внутрь ее тела, разжигая ответный огонь и заставляя выгибаться и стонать с ним в унисон.
— Моя жизнь…
К своему языку добавил палец, совершая круговые движения по клитору, нажимая известную ему точку G.
Эйрин, словно раненая птица билась в умелых и таких заботливых руках. Немного отойдя от оргазма, она приподнялась над мужем:
— Теперь моя очередь удовлетворять тебя.
— Мне нравится, что ты стала смелой и раскрепощенной.
— Мне тоже…
И не дав ему опомнится, прикоснулась губами к гладкой головке, обхватив её двинулась дальше, на встречу неизведанному и изголодавшемуся до ласк мужскому достоинству. Сжала зубками, прикусила и вновь заскользила по нему языком. Дразня и посасывая член мужа, смотря ему в глаза. Оба и уже давно обратились в змей. Самец и самка. Он — темный зеленый, с чуть шершавыми чешуйками и она, его самка, его детеныш — словно белоснежный ангел спустившийся с небес, на грешный Экрисс.
Не дав ему закончить, уселась сверху, выпячивая свой живот.
— Эйрин! Разве сейчас можно? А как же малыш?
— Он сейчас уже спит… Постарайся не разбудить его.
Видя, что Король колеблется и опасается причинить им обоим вред, быстро взяла инициативу в свои руки. Не увеличивая темпа, но и не останавливаясь.
До конца…
До иголочек в конечностях, до хрипоты в голосе. До онемения всего тела.
Эсмонд встал с кровати.
— Милый, не уходи! Без тебя так плохо…
— И мне родная. Каждый день, божий день я думаю и вспоминаю о тебе. Шеннар поплатится! За все! Он будет умирать мучительно и страшно, а когда его душа покинет тело, мы не предадим его земле. Оно будет медленно гнить в канаве, полуобглоданная опарышами плоть еще долго будет гнить.
— Потерпи еще немного и я приду за тобой! Уже иду! Ты только дождись. — он запечатлел на розовой щечке прощальный поцелуй и растворился, исчезая с последними бликами Менны.
Эйрин повернулась на бок, обняла холодную подушку, проваливаясь в долгожданный сон, радуясь первым каплям дождя…
Утром Ламейн так и не появился. Его заволокли свинцовые тучи, обрушивая на Интикию ливень.
Королева Лоннлейна вышла в сад, наслаждаясь шумом дождя и прохладой и совершенно не заботясь, что подол ее платья промок.
— Совсем скоро придёт время рожать. — проговорила она, вцепившись в руку служанки. — Нам надо придумать как сберечь и вывезти ребенка. Есть такие люди на примете?
— Да, сира! Есть. Они помогут, спасут младенца, как спасли Вы меня.
— Отлично, хорошо… Теперь ступай, я хочу побыть одна.
Стоило служанке отойти на приличное расстояние, девушка встала, массируя руками поясницу и вглядываясь в даль…
— Он обещал, малыш… Скоро он придет и заберет нас…
Конечно. Конечно, придёт! Она всегда доверяла видениям.
И своему мужу. Ему — даже больше…
Эйрин проснулась среди ночи, как от резкого толчка. Чувство радости и тревоги, нарастающее, уловимое и даже чуть осязаемое.
Видений этой ночью не было… Жаль. Ей вновь хотелось оказаться в родных руках, спрятаться, завернуться в них, как в тёплое одеяло. " Эсмонд… Я только твоя, муж мой! "
