- Я приглушил боль. Не до конца - иначе я бы полностью вырубился. До стены меня хватит.
"А дальше?" - хотел спросить Макс, но промолчал. Он ещё раз посмотрел на торчащую из Гэрри стрелу. Она прошла сквозь спинку кресла и застряла в плече. Из-за неё карлик не мог шевельнуться - даже незначительное движение причиняло ему боль.
- За городскими стенами энергия башни не действует. Ей питаются большинство магов Айзбурга, в том числе и судья. И я тоже... - Гэрри задрожал от боли, переводя один из рычагов в другое положение. - Своих сил у меня нет, и после стены я потеряю сознание...
"Голубь" летел очень неуклюже. Взмахи крыльев были неравномерными, хвост то и дело опускался вниз, тормозя движение. Гэрри управлял им практически одной рукой.
- Эта машина тоже работает на магии. Вдали от твердыни холода она застынет и грохнется на землю. Всё, что мы можем, это планировать. Чем дальше, тем лучше.
Макс обернулся:
- А Лис и Джек?
- С ними всё в порядке. Слушай меня, Макс, когда я вырублюсь, главным пилотом останешься ты. Да, знаю, ты никогда не летал, а посадить "голубя" без магии практически невозможно. Постарайся подлетать к земле как можно медленней, дольше планируй! Смотри, вот эти две группы рычагов отвечают за крылья...
- У меня не получится! - испугался Макс, сообразив, наконец, что от него хотят. Он с ужасом посмотрел на стремительно приближающуюся стену. - Мне всего одиннадцать, и я...
- Заткнись! - оборвал его Гэрри. - Вот эти рычаги управляют хвостом. А этот, с красной полоской, дёрни на себя в самом конце. Когда до столкновения с землёй будет совсем...
Карлик скривился от боли. Городская стена приближалась. "Голубь" набирал высоту, и теперь Макс знал, зачем - когда магия Твердыни холода перестанет его подпитывать, он превратится в неуклюжий дельтаплан. Хотя нет, дельтапланы не неуклюжие. Их летательный аппарат больше похож на самолёт мечтателя из девятнадцатого века - экспериментальную модель.
- Когда я был в твоём возрасте, - начал Гэрри, - отец дал мне ценный совет. "Когда сомневаешься - действуй". Добавляю от себя: в экстренных ситуациях - тем более...
"Голубь" поднялся на кошмарную высоту. Отсюда всё казалось каким-то мелким, словно ненастоящим. Гэрри расправил крылья, и теперь машина начала медленно планировать.
Карлик прошептал заклинание, и его тело окутал светящийся серебристый туман. Он походил на гусеницу, закутавшуюся в кокон.
- Прости, дружище, но это одноместное заклинание... - сказал Гэрри, и отключился.
Макс посмотрел вниз. "Голубь" как раз пересекал серую полоску стены. Шея птицы вмиг опустилась, крылья затрещали от напора воздуха, а хвост едва не отвалился. Они полетели вниз.
"Теперь-то уж точно конец" - решил Макс и крепко зажмурился. Сердце ушло в пятки. Он вцепился в кресло и напряг все мышцы, словно это могло чем-то помочь.
- Ненавижу высоту! - сказал мальчик наперекор бьющему в лицо ветру.
А потом открыл глаза и взялся за рычаги. Оказывается, "голубь" не просто падал - хоть и несильно, но он планировал. Макс передвинул рычаг, отвечающий за крыло. Машину крутануло вправо. Мальчик вернул его в прежнее положение, и сдвинул точно такой же рычаг для соседнего крыла. "Голубь" снова развернулся на восток.
Макс решил оставить крылья в покое и взялся за хвост. После двух неудачных попыток он научился его поднимать и опускать. Один из рычагов регулировал положение хвостовых перьев так, что "Голубь" начинал планировать лучше.
Земля стремительно приближалась.
Внизу мелькали пшеничные поля, с бешеной скоростью проносились фермерские усадьбы. Макс вздрогнул от ужаса, когда увидел, как низко они опустились. Аппарат едва не задевал брюхом редкие деревья.
В панике мальчик дёрнул рычаг с красной полоской. Тот самый, про который говорил Гэрри. Машина резко рванула вверх. Настолько резко, что Макс чуть не потерял карлика. Скорее всего, его удерживал в кресле всё тот же магический кокон или (что вероятнее) пронзившая насквозь стрела.
Макс в спешке вернул рычаг обратно, пока "Голубь" не принял вертикальное положение и не растерял всю скорость. Нос птицы пошёл вниз. Мальчик снова потянул рычаг на себя - машина была готова вот-вот нырнуть в землю.
Но из-за предыдущего манёвра исчезла почти вся скорость. Аппарат так и плюхнулся - почти вертикально, и прямо на брюхо. Словно подбитый вертолёт.
На шатающихся ногах Макс вылез из кресла. Земля в месте приземления была рыхлой, с ровными грядками каких-то ананасообразных растений. Как приятно снова ощутить под ногами твёрдую поверхность!
Макса мутило. Он сбросил рюкзак (больше напоминавший теперь кучу дерьма) и рухнул на колени. Содержимое желудка просилось наружу...
Потом он отполз от места аварии, и какое-то время лежал между грядок, рассматривая далёкие облака. Нет, снизу небо куда приятнее! Ни за что на свете он больше не сядет в какой бы то ни было летательный аппарат. Хватит с него приключений!
