Он показал, как надо делать. Потом дал Максу несколько полезных советов и уехал. Но это был не последний день их дружбы - мальчик нередко встречал Диму в школе, и тот рассказывал о всяких интересных вещах. Таких, как ролики, сноуборды, мото-фристайл, дельтапланеризм, виндсёрфинг и тому подобное. Максу слушал его, разинув рот (иногда вместе с Валерой - они только-только подружились). Именно тогда он и заразился любовью к экстриму.
А как-то раз Дима не пришёл в школу. Не появился он и на следующий день, и через неделю. Тёплая осень кончилась, начались дожди. Потом резко похолодало, и выпал снег. Димы всё не было. И только под Новый год взрослый друг Макса объявился в школе.
- Я ужасно ступил, - признался он ребёнку. - Если у тебя мозгов больше, чем у меня, никогда так не делай.
Макс с первого взгляда обратил внимание на его походку. И руку он держал совсем не так, как раньше, будто та причиняла ему неудобство.
- Ты не сможешь кататься? - с ужасом осознал Макс. - Что случилось?
Дима ответил, что кататься сможет, но уже не так, как раньше. А случилось вот что. Он пытался шокировать девчонку, за которой в то время ухаживал. Показывал ей всякие роллерские трюки, типа прыжков через клумбы и parallel-slide. Ей очень нравилось. А потом, когда они шли по улице, Дима выехал на дорогу и ухватился за троллейбус.
- Много раз это делал, и ничего, - говорил он Максу. - Но это очень опасно - скорость куда больше обычной, плюс равновесие сохранить трудно, если начнёшь падать. Любая выбоина в дороге - и всё. И появляются они внезапно...
Макс слушал друга с каким-то отчаянием. Неужели всё так серьёзно, и он уже никогда не сможет кататься, как прежде?
- Слушай, я ступил, но тебе не советую. Никогда так не делай.
- Не цепляться за троллейбусы?
- Да нет, же! Не пытайся произвести впечатление на девчонку, которой на тебя пофиг. Не рискуй жизнью из-за дур!
Конечно, Макс не считал Нуару дурой. Но сейчас у него было точь-в-точь такое же ощущение, о котором говорил Дима - он рисковал жизнью зря. Словно прицепился к троллейбусу, за которым ехал бульдозер. Абсолютно бессмысленный поступок.
"Если до этого дойдёт, я лично подсыплю яд ему в пищу..." - вспомнил он слова Нуары. Неужели такая отважная девушка не найдёт выход?
Все эти мысли ураганом пронеслись в голове мальчика. Макс свернул за очередной дольмен, как почувствовал, что его схватили за хвост. Он в ужасе обернулся.
- Попался, мелкий!
Шип держал его за хвост и широко улыбался. Вместо волос из его круглой головы торчали длинные белые колючки, чёрные на концах. Точно такие же, только реже, росли из подбородка и щёк. Крысиную морду покрывала короткая засаленная шерсть, из пасти торчали жёлтые зубы.
- Пошли, - Шип дёрнул котёнка к обрыву.
Чёрт побери, это же не настоящий хвост! Это только камуфляж! Просто голограмма! А голограмму невозможно схватить или ударить - и уж тем более, за неё нельзя тянуть. Как только Макс это осознал, хвост на секунду стал "прозрачным", и прошёл сквозь лапу Дикобраза. От неожиданности тот упал, и это дало Максу фору в несколько секунд.
- Ну держись, мерзавец! - проревел Шип, вставая.
Мальчик выехал на противоположный конец круга. "Может, залезть на тот большой камень?" - подумал он, взглянув на дольмен с плоским верхом. И, не успев ничего предпринять, потерял равновесие и свалился на задницу. Плюс ко всему, больно прищемил хвост - он уже перестал быть "прозрачным", и теперь снова ощущался, как любая другая часть тела.
Сзади подъехал Шип, гневно потирая лапы. Он скалился ещё шире. Макс заёрзал, пытаясь отползти в сторону, но ушибленный зад и то место, которое раньше он бы назвал копчиком, - а теперь просто основание хвоста - жутко болели. Он ясно и отчётливо понял, что чувствует перевернувшаяся на спину черепаха, рядом с которой стоит хищник.
Шип схватил Макса за руку, и резким движением поднял на ноги. Мальчик рванул в сторону, но хватка оказалась мёртвой. Дикобраз взял его под мышку, словно какой-нибудь свёрток, и покатил ко рву. Макс дёргался, извивался и даже пытался исполосовать врага когтями - он чувствовал себя самым беспомощным человеком в мире.
Вот она - полная зависимость от случая. Бессмысленный риск и боль сокрушительного поражения, после которого не сможешь быть прежним.
Злорадно хихикая, Шип остановился на краю. Толпа затихла - все ждали развязки. Было слышно, как где-то вдали мычат синие трёхметровые буйволы, которые ещё вчера казались Максу чем-то необычным. С каким-то садистским удовольствием Шип поднял ребёнка над головой. Пленник не прекращал извиваться, до последнего надеясь на удачу. Он даже укусил Дикобраза за вонючую лапу, но тот стерпел боль.
- Надеюсь, впредь, никто из вас не станет перечить королю? - спросил Шип у толпы. Все молчали. - Что ж, знайте, это ещё цветочки. С нарушителями Кодекса я буду поступать жёстче, чем с этим молокососом!
Руки Шипа напряглись, готовясь к броску. Ещё секунда, и Макс полетит вниз, а власть навсегда закрепится за этим негодяем.
