Мальчик запнулся. На секунду он взглянул на свои кошачьи лапы, пригладил усы (те торчали во все стороны), а потом произнёс:
- Я должен уйти.
Послышались возгласы непонимания. Нуара покачала головой, Рэйнер жестами приказал останавливаться. Но Макс продолжил:
- Да, для вас это неожиданность. Однако это важно. Я ведь тоже сначала не верил, но после сегодняшнего... на вас вообще часто демоны нападают? Или этот был первым? Поймите, если я не потороплюсь, такие вот штуки будут ходить повсюду, и выжгут к чертям собачьим все ваши леса. Неужели вы этого хотите?
Непонимание усилилось. Максу вдруг стали противны все эти оборотни. Ещё вчера они, как один, освистывали его в круге позора, а сегодня единодушно боготворят. Смотреть тошно! Один нелепый шаг, и мальчишку свергнут, как какого-нибудь котёнка.
Но заметив среди зрителей детей, Макс немного успокоился. Эти милые создания (так напоминающие мультяшек своими большими выразительными глазами), напуганные и дрожащие, просто не могли быть злыми. Да и взрослые, если разобраться, тоже. Их затравили диктатурой Шипа, а сила Кодекса запрещала возмущаться...
Макс ещё раз посмотрел на детей. Интересно, когда он перестал считать себя ребёнком? Стоя здесь, на сцене, мальчик всем телом ощущал собственную взрослость, если не сказать, старость. Ответственность - понял он. Теперь Макс в ответе за всё племя, и слабость - не выход.
- Вы этого не хотите, - сказал он чуть мягче. - Посмотрите на детей. Они ждут вашей помощи, они напуганы и растеряны. Если вы будете строить из себя неудачников, они потеряют в вас веру. Они в вас нуждаются.
Макс вздохнул:
- А теперь посмотрите на меня. Я тоже ребёнок, я один из них. Нет, я не жалуюсь. Просто Гэрри, Сабрина, Лис и Нуара справятся с племенем лучше меня. А мне... поймите, если мы с Джеком не отправимся в путь, заботиться вам будет не о ком. Или вы хотите, чтобы ваши дети жили в таком мире? В таком, какой мы видели сегодня? Я думаю, что нет.
Оборотни молчали, впитывая каждое слово мальчишки. Нуара и Рэйнер уже не пытались возражать. Все ждали, что Макс скажет дальше.
Он молчал с полминуты. Потом ответил:
- Это всё. Мне больше нечего сказать. Надеюсь, я ещё вас увижу.
К счастью, обошлось без скандалов. Племя восприняло уход Макса как должное, если не считать пары грубых насмешек. А Шип вообще посиял - он принял случившееся, как собственную победу.
- Всё в порядке, - заверил Гэрри. - Мы не дадим ему буйствовать.
Сабрина подтвердила слова брата. Она немного поругала Макса: ведь, мог он и подождать немного, ничего бы не случилось. Но мальчик, а вместе с ним и Джек, оставался непоколебим.
- Что ж, если это избавит нас от демонов, то я согласна. Берегите себя.
А вот Нуаре уход Макса решительно не понравился:
- Ты что, нас бросаешь? - возмутилась она, отведя мужа подальше от толпы, чтобы никто не подслушал. - Но так ты ставишь под угрозу все свои достижения! Наверняка деревня сгорела, и у нас будет полно работы. А без тебя люди и вовсе впадут в отчаяние.
Девушка говорила с такой укоризной, что у Макса едва нашлись силы возразить:
- Я понимаю, но если я не уйду сейчас, весь мир обречён! Я сам в это не верю, но ты спроси у Джека. Он...
- А тебе не кажется, что этот твой Джек немного чокнутый?
Макс оглянулся, посмотрел по сторонам, а потом снизил голос и ответил:
- А ещё, это единственный мой шанс вернуться домой...
Нуара вздохнула:
- Я иду с тобой, - и, не дожидаясь, пока мальчик ответит, продолжила. - И не из-за каких-то там предрассудков или Кодекса. Если ты погибнешь, нам придётся туговато. Шип только того и ждёт, я уверена, что он сам подмешал бы тебе яд, останься ты здесь.
- Нуара, это совсем не обязательно.
- Обязательно. Пока ты жив, Дикобразу придётся выждать.
Девушка объяснила, что шаманы умеют определять, жив вождь или нет, даже если он находится на расстоянии тысячи миль. И что ради одних этих показаний она готова прикрывать Максу спину, пусть даже вдали от дома.
- А ещё, - говорила она, уже стоя перед народом и делая официальное заявление, - это противоречит нашим традициям. Жена всегда должна сопровождать мужа. Всегда, что бы ни взбрело его воинствующей натуре. Поэтому, я вас покидаю, ребята. А Гэрри и Сабрина - моя лучшая подруга - будут за главных. Я им доверяю. Саби вообще научила меня смотреть на жизнь шире, я поражаюсь её мудрости.
Уход Нуары вызвал куда больше шума, чем заявление Макса. Одно дело, какой-то неизвестный пацан, который каким-то чудом победил Шипа Дикобраза, а совсем другое - местная знаменитость, выросшая у всех на глазах. Нуару знали с детства. И очень ей сопереживали - потерять всех братьев и сестёр, да ещё отца и мать, когда тебе не исполнилось и двадцати - испытание не для слабых духом.
На сцену поднялся Лис. Одной рукой он опирался на трость, а другой помахал толпе:
