Римляне трижды захватывали Ктесифон: при Траяне — в 116 г., при Марке Аврелии — около 164 г. и при Септимии Севере — в 198 г. Последнее столетие парфянского владычества было заполнено непрерывными войнами с Римом. Некогда могучее Парфянское царство оказалось на краю гибели, и нужен был лишь последний удар, восстание одного из владетелей или сатрапов, чтобы оно пало. Такой удар нанесли правители Парса, древней родины Ахеменидов.
Notes:
О том, что римляне до битвы при Каррах не считали парфян грозным противником и даже относились к ним с некоторым пренебрежением, убедительно свидетельствуют данные, приводимые в работе J. Dоbiаs, Les premiers rapports des Romains avec les Parthes et l’occupation de la Syrie,— AO, t. 3, 1931, стр. 215—256. {См. также: K.-H. Ziegler, Die Beziehungen zwischen Rom und Partherreich. Ein Beitrag zur Gescnichte des Volkerrecnts, 254 Wiesbaden, 1964.]
«Мцхета», Тбилиси, 1958, стр. 71. Знаменитым надписям из Армази (в том числе греко-арамейской билингве) посвящена обширная литература. См. обзорную статью (с библиографией): P. Grelot, Remarques sur le bilingue Grec-Arameen d’Armazi,— «Semitica», t. VIII, 1958, стр. 11 и сл. До сих пор остается не вполне ясным, составлены ли армазские надписи на испорченном арамейском языке (нарушения грамматических норм), или же они являются гетерографическими памятниками, в которых за арамейскими написаниями надо видеть древнегрузинский или какой-то иранский язык. Если учесть, что в Армении двумя столетиями раньше надписи составлялись на арамейском языке, то для I—II вв. н. э. следовало бы, скорее, ожидать гетерографическое письмо. Маловероятно, что население Мцхеты в столь позднее время пользовалось сразу тремя языками — греческим (в качестве lingua franca), арамейским и — как разговорным — своим родным языком.
Иначе J. Marquart, Eransahr, стр. 23. О парфянском титуле naxwa- dar см.: W. В. Henning, A new Parthian inscription,— JRAS, 1953, стр. 1Э5—136; A. Maricq, Hatra de Sanatrouq,—«Syria», t. XXXII, 1956, стр. 278.
A. Сaquоt, Nouvelles inscriptions arameennes de Hatra,— «Syria», t. XXIX, 1952, стр. 112.
E. Sachau, Die Chronik von Arbela,—APAW, 1915, стр. 60.
J. Marquart, EranSahr, стр. 22.
Селевкия была разрушена римлянами в 165 г. н. э., после чего Ктесифон стал главным городом парфян. Ср.: М. St reck, Seleuda und Ktesiphon, Leipzig, 1917, стр. 24.
Названия Месена-и Харакена рассматриваются в работе: U. Kahr- s t е d t, Artabanos III und seine Erben, Bern, 1950, стр. 53.
W. B. Henning, The Monuments and Inscriptions of Tang-i Sarvak,— AM, N. S., vol. II, 1952, стр. 177.
Значение слова prtrk’ (скорее титул, чем имя), читавшегося некоторыми исследователями как prtdr’ «хранитель огня», остается неясным. Я отдаю предпочтение толкованию Ф. К. Андреаса, который сопоставлял это слово с древнеперсидским титулом prtrk’ «управитель, наместник», засвидетельствованным в элефантинских папирусах. См.: W. Е i 1 е г s, Iranische Beamtenna- men, Leipzig, 1940 («Abhandlungen fiir die Kunde des Morgenlandes», Bd 25, Nr 5), стр. 119.
U. Kahrstedt, Artabanos ‘III, стр. 47, 83. Карштедт полагает, что до того как Артабан III стал парфянским царем, он был правителем «Великой Гиркании», простиравшейся якобы от Герата и Кермана до Персидского залива и Индийского океана. Не исключено, что такое предположение правильно, но все же это не более чем гипотеза. То же самое следует сказать и о дальнейших рассуждениях Карштедта (стр. 83) по поводу того, что Гиркания после 62 г. н. э. стала владением кушан и, таким образом, вышла из состава Парфянского царства. Столь же недоказанным остается и предположение о том, что Гондофар провозгласил свою независимость и вышел из-под контроля Парфии при преемниках Артабана III (стр. 47). У. Карштедт полагает, что Артабан III посадил своих родственников на троны Атропатены, Элимаиды и Персиды, но после смерти Артабана они лишились этих владений. Попытка В. Ф. Минорского связать сказание «Вис и Рамин» с гирканской династией не подкреплена надежным свидетельством (V. Minorsky, VTs-u-Ramm, a Parthian romance (I),—BSOAS, vol. XI, pt 4, 1946, стр. 759—763). l[Cp.: V. Minorsky, Iranica, London, 1964 (Publications of the University of Tehran, vol. 775), стр. 167—188.] События этого периода во 258 многом неясны.
М. Е. Массон («Новые данные по истории Парфии», стр. 49) предлагает относить период, который он именует «филэллинским» этапом истории Парфии, ко времени до 10 г. н. э., после чего начинается «антиэллинский» период. Такая датировка основывается преимущественно на результатах раскопок в Нисе, где более ранняя «греческая культура» ритонов и статуй сменяется «местной парфянской» культурой. Кажется более вероятным относить эти перемены ко времени правления Вологеза I (вторая половина 1 в. н. э.)
М. Е. Массон, Новые данные по истории Парфии, стр. 50, где рассматриваются названия городов.
