— Тсссс, — прервала я девушку.
Тихо, ступая с пятки на носок, обошла сестру. Из открытых дверей усыпальницы доносилось бормотание. Странное, низкое, слишком знакомое мне по прошлой жизни…
Чтобы не стучать каблуками, я шагнула на газон, усыпанный плодами тарокко. Развернулась, приложила палец к губам, ещё раз призывая Приин к молчанию и прислушиваясь. Здесь, в тени деревьев, с неё спал румянец, и жгучая брюнетка казалась русалкой: оттенок кожи приближался к зелёному. Сестра закрыла рот ладонями. Перчатки мелироанской девы мелькнули белоснежным кружевом.
— Призрак… — пискнула Приин Блайт. — Призрак Мелиры. Он здесь, он ожил и… так уродлив.
Она указала пальцем мне за спину и пошатнулась, едва не осела в бесчувствии. Всё-таки устояла на ногах. Что было весьма досадно, потому что вместо спасительного обморока девушка громко, протяжно и весьма мелодично завизжала.
Я не увидела, а скорее почувствовала порыв ветра, которым меня обдало несущееся мимо тщедушное тело “призрака”. Он передвигался на четвереньках, помогая себе руками, но бежал со стремительной скоростью.
— Приин, беги! — заорала я ошарашенной леди и добавила, стараясь привлечь внимание: — Сюда! Сюда, тварь!
Тварь дёрнулась в мою сторону, повела страшной башкой: острые зубы, рельефные вены, из огромной пасти стекают струйки слюны. Вот же троллье дерьмо! Тактика была очевидна и всего одна: как можно быстрее дать дёру. Но, замолчавшая было сестра, принялась вдруг дрожащим голосом распевать песню мелироанских дев.
— Заткнись! — совершенно озверев, крикнула я.
Но девушка меня не послушалась. Тот, кому она пела эту песню, был очень рад её услышать и наконец определился с выбором, взяв разбег на племянницу Кирмоса. Непривычно большая туша выдавала действительно древний возраст твари.
— Замолчи немедленно! — я двинулась в её сторону.
Перешла на бег, догоняя уродца. Рёбра сдавил корсет, дыхание моментально сбилось. Кряхт, вот же паскудство! Ни магии, ни оружия…
В три прыжка я оказалась на дорожке, а четвёртым растянулась на ней гусеницей. Но успела схватить тощую ногу прежде, чем монстр налетел на поющую девушку, и со всей силы дёрнуть её на себя. Огромная голова стукнулась о плитку, но не разбилась. Дыхание выбило от удара о землю. Кажется, я даже вырубилась на секунду. Но в следующую меня что-то пнуло в челюсть — то ли пятка, то ли локоть. “Призрак” прыгнул сверху. Быстрый, юркий, сильный. И слишком большой, чтобы я могла поднять его. Хотелось трусливо зажмуриться, но вместо этого я упёрла руку в острый подбородок.
— Приин! — отбиваясь, орала я. — Зови на помощь!
— Но я должна петь! — запротестовала сестра. — Призрак Мелиры услышит меня и не тронет, я знаю, эта песня — заклинание, древнее заклинание… Нужно, чтобы он услышал… — голос её сорвался, поэтому следующие строчки вышли хриплыми:
— Дура! — не выдержала я. — Это не призрак Мелиры, это икша! Живой и весьма злобный! Он сожрёт нас обеих, если ты немедленно не приведёшь помощь!
О том, что икша тоже может привести помощь, решила пока умолчать. Тем более, что времени не объяснения не было. Сорти де баль — белоснежная накидка — уже превратилась в ленточки. Я крепко сжала зубастую голову, чтобы не подпустить к себе ряды острых зубов, но трёхпалые лапы с когтями колотили и трепыхались, кромсали ткань и оставляли царапины на коже.
От натуги я зарычала и ощутила каждую напряжённую мышцу в своём теле. То, что раньше я проделывала с лёгкостью, теперь стоило чудовищных усилий. Резкое движение — и мне всё-таки удалось стащить с себя монстра.
— Отправляйся… — я стукнула голову икша о твёрдую плитку, но не смогла разбить череп. У меня просто не было сил, — обратно… — ещё один слабый удар, — в свои пещеры!
Икша вырвался, отбежал к усыпальнице, и я вдруг поняла, что короткая борьба совершенно меня измотала. Браслеты из ризолита обжигали холодом, повреждённая кожа саднила, руки и ноги тряслись, как в лихорадке. Сквозь боль и слабость я встала на четвереньки — подняться на ноги не смогла — и приготовилась к кровавому сражению. Возможно, последнему в своей жизни.
Мой противник тоже пришёл в себя. Он взял разбег, прыгнул выше своей головы, в полёте раскрыл жуткую пасть и… словил в неё короткий метательный кинжал. Скрюченная тушка отлетела к стене усыпальницы, стукнулась об неё и сползла, оставляя буро-коричневый след на светлом камне. Сталь мелькнула в воздухе ещё трижды, впиваясь жалами в подёргивающийся труп икша. Метальщик действовал наверняка.
Я облегчённо плюхнулась на зад.
От резкого поворота головы потемнело в глазах. Но я успела разглядеть задранное платье служанки и перевязь метательных ножей на бедре, прямо поверх резинки чулка.
— Госпожа, — подбежала ко мне Эсли. — О Девейна, госпожа! Вы ранены! Ужас! Вы были в такой опасности!
