Я развернулась. Из-за щербатой двери наполовину выглядывала девчонка лет двенадцати. Когда она поняла, что привлекла внимание, сразу спряталась. Юркнула в своё убежище, как запуганный щенок.
Сёстры отчего-то опустили глаза и сделали вид, что не заметили спрятавшуюся сиротку. Хм. Новые тайны? Почему эта мелкая прячется, а все делают вид, что её не существует?
Уже знакомый азарт исследователя подтолкнул к диалогу.
— Тролли существуют только в сказках, — осторожно призналась я и сделала шаг к двери. — Но в пещерах я бывала. Все стены их покрыты хрупкими кристаллами, на которых играют отблески факела. А там, где камень выходит наружу, можно обнаружить много интересного, — ещё пару шагов. В установившейся тишине каблуки стучали особенно громко. — Окаменелых ящериц, — на ходу вспоминала я. — Или редкий минерал — Кроуницколь, для заточки клинков, — когда оказалась рядом с дверью, всё-таки остановилась в нерешительности, но говорить продолжила: — И даже драгоценные камни.
— Сокровища никто не охраняет? — девочка снова выглянула одним глазом, но поняв, что я рядом, быстро спряталась.
Едкая тишина прерывалась только похрустыванием леденцов да шмыганьем носов.
— Леди Эстель, не стоит обращать внимания, — вставила одна из наставниц с дряблым подбородком и кустистыми бровями.
Её белая мантия Девейны и строгость лица не сулили ничего хорошего. Всем своим видом женщина выражала авторитет. Наверное, она здесь была главной и привыкла к повиновению. Но замечания я всё же ослушалась. В конце концов, я хоть и была сироткой, но давно уже взрослой. К тому же, благородной мелироанской девой.
— Охраняют, конечно, — продолжила я разговор с дверью, игнорируя тяжёлый взгляд старухи. Очки её угрожающе поблёскивали. — Страшные зубастые чудовища с когтистыми лапами.
— Сирена, — позвала сзади Приин.
— Не нужно, — Финетта подошла и тронула меня за руку.
Но меня было уже не остановить. Это было несправедливо — почему все дети едят конфеты, а эта трусиха прячется за дверью? Разве не наша задача помочь всем? Здесь явно было что-то не чисто.
На удивление, меня поддержала Зидани. Она подошла ближе и так звонко, уверенно и бодро заговорила, что я сама поверила в её слова.
— Наша сестра смогла их победить, — непринуждённо рассмеялась девушка. — Потому что она умеет сражаться. Она сильная, смелая и умеет постоять за себя и за всех жителей Квертинда, больших и маленьких. Настоящая воительница. У неё даже шрамы есть. Хочешь, леди Эстель тебе их покажет, Малька?
Любопытная веснушчатая мордашка снова высунулась из-за двери. На этот раз — полностью. Я едва сдержала поражённый возглас: на щеке у девочки красовалось поджившее клеймо в виде свиньи. То самое клеймо Тильды Лорендин. Меня аж тряхнуло от ярости.
— Шрамы от чудовищ? — забывшись, выпучила глаза Малька.
— Это сделала Тильда?! — от неожиданности и кипучей злости крикнула я так громко, что напугала девчонку, и та снова юркнула за дверь.
Сжав кулаки, я оглядела всех по очереди, требуя ответа, и, уже не сдерживаясь, добавила:
— Вот же злобная, жестокая тварь!
— Тсссссс! — настойчивее раздалось со всех сторон.
— Это просто ужасно! — вспылила я. — Как вы позволили?! За что?
— Это за то, что я дружила с Броном, — быстро ответила сама девчонка. Она снова выглянула, прикрывая щёку рукой. — Сестра Лорендин сказала, что моё место в грязи рядом с таким же отребьем, как он. Девочки говорят, что это правда.
— Малька-свинюшка! — раздался между хрустом леденцов злобный шёпот.
Оскорбление адресовалась девчонке, а ощущение было, что мне лично. О, мне это было очень хорошо знакомо. Кожа покрылась мурашками, а в ушах привычно загремел бешеный гул крови. Ошарашенная, я переводила взгляд от одной сестры к другой, требуя от них не то оправданий, не то извинений. Я не могла поверить, что Тильда и вправду это сделала. Я не могла поверить, что ей это позволили. Сёстры, наставницы приюта, Лаптолина, в конце концов. Взрослые, которые должны были защитить ребёнка.
— Брон — местный карманник и разбойник, — обратилась ко мне старшая наставница в очках. — Он настоящий головорез. К тому же уже почти взрослый мужчина. Малька помогала ему скрываться от городовых, — она пожевала губами, подбирая слова. — Вы должны понимать, леди Эстель, что в наше заведение попадают худшие из детей, их необходимо воспитывать, — голос женщины старчески дребезжал. — Семья Лорендин регулярно жертвует на благо приюта крупные суммы. Помощь леди Тильды Лорендин в воспитании мы обязаны принимать так же достойно, как и щедрые взносы.
— Она заклеймила ребёнка! — снова прикрикнула я. — Вы в своём уме?! Вы и вправду позволили ей это сделать из-за пожертвований?
— Малька совсем распустилась, — не сдавалась старуха. — Живёт волком, ни с кем не разговаривает и кусается. Кидается на детей, как дикий зверь. Это ради её же безопасности.
