Наследие Хоторнов полностью

Тоби взял меня под локоть и повел к выходу.

— Снаружи стоит машина. Ключ в замке зажигания, — сказал он. — Садись в нее и поезжай на север.

Я уставилась на него.

— И это все? Больше вы мне ничего сказать не хотите?

Лицо Иви — лицо Эмили — никак не шло у меня из головы.

Тоби потянулся ко мне и убрал с моего лба непослушную прядку.

— Я всегда любил тебя как родную, — тихо сказал он.

Я сглотнула.

— Хотя биологически я вам никто.

— Биология решает далеко не все.

Мне стало понятно, что кое-какие из моих догадок верны: Тоби действительно разыскал меня после маминой смерти. И следил за мной. Хотел убедиться, что все в порядке.

— У нас с мамой была одна игра, — произнесла я, изо всех сил стараясь сдержать слезы. — Точнее, игр было полно, но больше всего она любила ту, что была связана с тайнами.

Он посмотрел куда-то вдаль.

— Я взял с нее обещание не рассказывать тебе обо мне и моей семье. Но если это была лишь игра, если ты догадалась… — он снова взглянул на меня. — Так и быть, Анна, к черту обещания.

— И о чем же я должна была догадаться? — запальчиво спросила я. Во мне вдруг вспыхнула злость — на маму, на Тоби. — Она говорила, что у нее есть тайна, которая касается дня моего рождения!

Тоби молчал.

— Вы подписали мое свидетельство! — Я хотела правды. Уж это-то я точно заслужила.

Он вытянул руку и коснулся моей щеки.

— В ту ночь у острова Хоторнов разыгралась страшная буря, — тихо произнес он. — Я в жизни такой не видел. Меня там вообще не должно было быть. Долгих три года я держался вдалеке от Анны. Но что-то заставило меня вернуться. Я хотел снова ее увидеть, пускай и не мог себе позволить, чтобы она увидела меня. Она ждала ребенка. В прогнозе объявили о буре. А она была совсем одна. Я не должен был ей показываться. Она вообще не должна была узнать, что я был неподалеку, но тут выключилось электричество, а у нее начались схватки.

Это я спешила появиться на свет. Произнести эти слова у меня не хватало духа. Я вообще ничего не могла сказать, даже то, что моя мама вполне могла сама решить, что ей делать.

— «Скорая» запаздывала, — хриплым голосом продолжал Тоби. — Ей нужна была помощь.

— Вы, — выдавила я из себя единственное слово.

— Я помог тебе появиться на свет, Эйвери Кайли Грэмбс.

Так вот он какой, мамин секрет. Тоби был рядом в ночь моего рождения. Он принимал роды. Интересно, что мама почувствовала, увидев его спустя столько лет. Интересно, называл ли он ее «Анна, о, Анна» и хотела ли она, чтобы он с ней остался.

— Эйвери Кайли Грэмбс, — повторила я, обратив внимание на то, что Тоби произнес мое имя с каким-то особым чувством. — Это анаграмма, — добавила я, сглотнула, и слезы, как я ни пыталась их сдержать, заструились по щекам. — Но вы же это знали.

Тоби не стал ничего отрицать.

— Среднее имя мама давно тебе подобрала. Кайли — отличается от Кейли всего на букву.

Удар оказался неожиданным. Я и не думала, что меня назвали в честь маминой сестры. Я вообще ничего раньше не знала о Кейли.

— Ханна хотела, чтобы ты носила ту же фамилию, что и Рики, — продолжал Тоби. — Но имя, которое он предлагал, ей не нравилось.

Наташа.

— Рики в тот день не было рядом. — Я уставилась на Тоби, смаргивая слезы. — А вы были.

— Оставалось что-то добавить к Кайли Грэмбс, — Тоби улыбнулся и пожал плечами. — Я не справился с искушением.

Как и всякий Хоторн, он обожал загадки, тайны, секретные коды.

— Вы выбрали мне имя, — произнесла я утвердительным тоном. — Вы предложили назвать меня Эйвери.

— Чтобы в полном имени можно было найти слова «риск» и «игра», — пояснил Тоби и потупил взгляд. — Эти слова как нельзя точнее описывают, что случилось в ту ночь. На что пошла Анна, когда помогала мне вернуться к жизни, понимая при этом, что сделает с ней семья, если обо всем прознает.

Риск и игра — те самые причины, по которым Тобиас Хоторн оставил мне свои богатства. Узнал ли он «почерк» сына, когда впервые услышал мое имя? Заподозрил ли, что мы связаны с Тоби?

— Когда приехала «Скорая», я спрятался, — продолжал Тоби. — И потом разок пробрался в больницу, чтобы вас повидать.

— И оставили подпись на свидетельстве, — напомнила я.

— Не свою, а твоего отца. Уж что-что, а это твоя мама заслужила.

— А потом вы исчезли, — я уставилась на него, стараясь затушить вспыхнувшую ненависть.

— Пришлось.

Во мне мгновенно вскипела ярость.

— Зачем вы врете? — Моя мама любила его. Любила всю свою жизнь, а я даже не знала об этом.

— Пойми меня верно. Ресурсы моего отца были безграничны. Он не прекращал меня искать. А я не хотел, чтобы кто-то узнал, что я остался в живых. Поэтому приходилось без конца переезжать с места на место.

Мне вспомнилось, как Тобиас Хоторн заехал в маленькую забегаловку в Нью-Касле, Коннектикут. Получается, у него ушло целых шесть лет, чтобы обнаружить там след Тоби?

Надеялся ли он, что сын вернется?

Понимал ли, кем была моя мать?

Допускал ли, хоть на миг, что я дочь Тоби?