На правой ладони заиграло чёрное пламя. Горящие капли попадали на меченое лицо обезьяны, образуя над трупом искрящийся символ. Он становился всё чётче и вдруг превратился в "теневого летуна". Птица совершила довольно большой круг и приземлилась в аккурат на эльфийское плечо.
- Приказываю тебе облететь окрестности и вернуться лишь в том случае, когда обнаружишь носителей "Метки Хаоса". Магическая птица с пронзительным криком взмыла в небо и скрылась во мгле догорающих остатков ночи.
"Мы - погибшие оболочки мироздания и верить не во что теперь, хоть даже бьются пульс и слышится дыханье..."
Ещё вчера в её груди тлела надежда. Казалось, побег почти удался, но бафуры оказались крепкими - малыми. Её силы уже не те, что когда то струились в маленьком теле эльфийки. Сегодня в полдень их с матерью казнят, и эта гонка за лучшей долей наконец-то прекратится. "Жаль, что я так и не узнала, что такое счастливая и спокойная жизнь", - с грустью размышляла Эль, сидя в повозочной клети. Её душу не терзали больше гнев, отчаянье, опустошение. Все чувства утратили смысл, все краски для неё померкли в одночасье.
Повозка тем временем остановилась возле центральной городской площади, где с раннего утра собрался практически весь город. При виде эльфиик толпа оживилась. Со всех сторон в девушек летели тухлые продукты, камни и даже чьи-то старенькие ботинки. Бафуры успешно отражали натиск, прикрывая себя и народных преступниц огромными щитами величиной с входную дверь. При этом они успевали расталкивать людей в разные стороны, буквально прорубая себе дорогу на эшафот.
"Обходительные орки", злорадно ухмыляясь, помогли девушкам взойти на дощатый помост. Запах свежеструганного дерева, напомнил Эль о родных, давно покинутых лесах её малой Родины и пусть место казни ещё не окропилось тёплой эльфийской кровью, но развязка близка, это лишь вопрос времени. И врятле есть что-то хуже на свете, чем бессильное ожидание собственной смерти, когда ты стоишь перед ней как изгой, не в силах ответить.
Разум девы шептал оправданья: "Прости им серость. Они просто боятся, ведь ты что-то другое", но Эль редко прислушивалась к голосу разума. Как никогда, она желала мучительной смерти колнатам - калекам, возникшим по ошибке, по заблуждению Первых эльфов.
Голова матери уже лежала на плахе. Подкрадываясь всё ближе к беспомощной жертве, словно мерзкий, жирный паук, палач занёс кровавый топор над эльфийкой. Дрожащими руками Эль закрыла глаза, не в состоянии больше видеть происходящее.
Рёв толпы заглушил мерзкий хруст шейных позвонков. Она всё ещё крепко зажмурилась, боясь увидеть то, что страшнее самой лютой смерти. Плаха пропита тёплой, материнской кровью. Палач сделал новый замах и вдруг взрыв. Одна из башен торгового дома накренилась и с грохотом обрушилась на центральную площадь, погребая под обломками кричащие тела.
Ощущая, что реальность круто изменилась, Эль заставила себя открыть глаза. Палач куда-то запропастился, обезглавленная мать лежала не подалёку от своей головы и всё ещё билась в предсмертных конвульсиях. Страшная давка и паника обуяла жителей Призрачного королевства. По иронии судьбы лишь на помосте её казни можно было оставаться не задавленным на смерть и прожить ещё какое-то время.
Перепугавшиеся колнаты не понимали, что происходит: почему гремят взрывы, рушатся башни... Короткое затишье и снова залп вражеских требучетов. Призрачное королевство так было поглощено казнью двух беззащитных эльфиик, что проморгало повторную высадку укромов.
Теперь их численность возросла в десятки раз.
- Мой Лорд укромы снова осаждают город. На этот раз они будут давить нас числом, - удручённо молвил Рэм.
- Тот бой - тактическая уловка. Я подозревал, что здесь что-то ни так, проклятье! - Хакус метался из угла в угол не находя себе места.
- Захватчиков так много, что они взяли в кольцо весь материк, - подливал масло в огонь первый заместитель.
- А что там с орудием Мирона?
- Его разорвало ещё в прошлый раз.
- Без светлой сути нам не выстоять, так что придётся рвать когти. Ты со мной?
- У меня всё равно нет выбора. - Рэм цинично усмехнулся.
Короткими перебежками они благополучно достигли алхимической лаборатории. От туда вместе с Мироном беглецы поспешили в королевские сады, где их уже давно заждался "Стальной драг".
- Прошу, Мой Лорд, - алхимик радушно разместил Хакуса и Рэма в пассажирской корзине, а сам занял место возле штурвала, напичканного десятками рычажков. Небольшая манипуляция рычагами и посудина пришла в плавное движение, взмыв в небо в тот самый момент, когда главные врата разнесло в щепки под натиском вражьего тарана. Несметная армия бритоголовых укромов, с воинственными криками, вторглась в обречённый город.
