Мысленно откинув образ сурового суперинтенданта, Элисон с удивлением осознала, что он должно быть ее ровесник, может немного старше, и к тому же выглядит совсем не типично для местного жителя. Высокий и подтянутый, он казалось, специально подбирал себе одежду, подчеркивающую небрежность — простой темно-синий свитер без горла, светлые джинсы, куртка, напоминающая что-то среднее между косухой и классическим пиджаком, идеально дополняли слегка взъерошенные черные кудри и изогнутые в улыбке губы. Сначала Элисон решила, что это типичный образ холостяка, но сейчас готова была признать, что одежда подчеркивала стройность и мускулы. И искренне порадовалась, что мужчина не пришел раньше и не кинулся держать ей волосы в максимально уязвимый для ее самолюбия момент.
Поежившись, женщина обхватила себя руками, почувствовала, как холоден осенний ветер, игравший в начинающей желтеть листве деревьев. Ее пальто осталось в прихожей, а тонкий пиджак от Michael Kors был предназначен скорее для красоты, чем для практичности. Элисон обвела взглядом сад, поражаясь как много изменилось здесь за прошедшие годы — дикий виноград оплел не только низенький декоративный забор, но и стелился по земле, укрывая ее красно-зеленым ковром, кустарники, некогда подстриженные в форме шаров, разрослись и раскинули непокорные ветки, а большинство цветов исчезли, не пережив отсутствие внимания и заботливых рук хозяев.
Переводя взгляд с одной части сада на другую, Элисон словно в тумане прошлого видела свое собственное детство, наполненное счастьем. Вот она сидит на земле, прислонившись спиной к большому раскидистому клену, с книгой в руках. Вот мама накрывает стол в открытой беседке, выставляя на него все необходимое для легкого перекуса — свежеиспеченное печенье, бисквит и фрукты — и улыбается, глядя на море разнообразных цветов, которые сама вырастила. Вот Шелби завет играть в прятки и весело смеется над ней, каждый раз без труда находя, а после игры зовет ее поближе и рассказывает истории, радуясь искре восхищения в глазах младшей сестры.
— Возьмите, — сказал Густав, снова заставив Элисон вздрогнуть.
Погруженная в свои мысли, она не услышала шагов и с удивлением обернулась. Мужчина все так же остановился на последней ступеньке, словно боялся выходить в сад без разрешения Элисон. В руке он держал бутылку воды, и женщина тут же взяла ее, глядя с благодарностью, и сделала большой глоток — жидкость мгновенно заструилась в горле, смывая горький привкус во рту. Мысли в голове прояснились, и Элисон с удивлением почувствовала себя немного лучше.
— Кажется, вы только что спасли меня, — улыбнулась женщина, задержав благодарный взгляд на суперинтенданте. — Вы случайно не курите?
— Не то чтобы я делал это постоянно... — смутился Густав и вытащил из кармана пачку «
Достав из пачки сигарету, Элисон задумчиво покрутила ее в руках, давая себе время передумать, не возвращаться к вредной привычке, но все же прикурила и затянулась. Горький, едкий дым моментально заполнил легкие, вызвав кашель, но, выдыхая, женщина блаженно прикрыла глаза, любуясь, как окружающий мир тонет в расплывчатой дымке. Рядом послышался шорох зажигалки — Густав тоже закурил и посмотрел на Элисон с интересом.
— Мне жаль, что вам пришлось это увидеть, — тихо сказал он. — Одно дело знать о смерти, совсем другое — видеть ее своими глазами.
— Но это не остановило вас при выборе профессии.
Не заботясь о своем дорогом костюме, Элисон присела на ступеньку и снова затянулась сигаретой. Немного помедлив, Густав опустился рядом с ней и задумчиво оглядел дикие заросли некогда красивого сада.
— Я совсем не думал о смерти, когда выбирал ее. Для меня это способ помочь живым — наказать виновных и дать надежду родственникам, что такое в их жизни не повториться.
— Прекрасные слова, но мне ваша помощь не нужна, — печально покачала головой Элисон.
Возвращение в дом, где прошло ее детство, женщина себе представляла совсем иначе. Когда-то ей казалось, что как только рана после гибели Шелби затянется, родители снова привезут ее в Уотертон — в мир зелени, тишины и спокойствия. Они снова сядут в увитой виноградом беседке, и Элисон, положив голову маме на плечо, будет слушать сказки о прекрасных принцессах, отважных рыцарях и далеких странах. Но годы сменяли друг друга, и вскоре время чудесных историй прошло, а вместе с этим появилось осознание, что в этом доме они уже никогда не смогут быть счастливы.
— Понимаю, что бы я ни сделал, Софию это не вернет. Вы были близки? — спросил Густав и, увидев, что Элисон лишь печально покачала головой, задал следующий вопрос. — Когда вы видели ее в последний раз?
— Не знаю. Давно... - ответила Элисон и ухмыльнулась. — Может, когда ей было пять?
— Неужели все эти годы вы не общались с Бондарами? — удивился суперинтендант. — Почему?
Элисон с тоской посмотрела на сигарету, зажатую между пальцами, — от нее осталось уже меньше половины. Густав же напротив замер рядом, и сигарета в его руке медленно тлела, грозя горячим пеплом обрушиться на брюки.