— Значит, эти детские магические выбросы были спровоцированы…
— Сильными чувствами. У детей чаще всего — гнев, страх и боль. Мы предполагаем, что вызывая у себя эти эмоции искусственно, Том смог взять под относительный контроль свою магию. Эта была его единственная возможность выжить в приюте. Его единственным оружием, чтобы защититься. Но постоянное испытание подобных эмоций отрицательно сказались как на его психике, так и на его мировоззрении.
Какое-то время Дэвид молча просматривал список:
— Тут сказано, что часть людей из этого списка живы. Не говоря уже о тех, кто…
— Брал для… «забав» других сирот, как это показано в делах, которые вели ВАШИ следователи. В делах, которые были «утеряны». А это, как Вы видите, весьма серьёзный список. И эти люди относятся к элите ВАШЕГО мира.
Дэвид в очередной раз замолчал, обдумывая ситуацию.
— Мне неприятно это говорить, но посадить их мы, скорее всего, не сможем. И вовсе не потому, что не хотим. За столько лет они наверняка подчистили за собой все хвосты. Но мы попробуем. Во всяком случае я теперь не успокоюсь, пока они не окажутся за решёткой.
— Я вовсе не требую от Вас правосудия, — сказал Фадж. — Просто я хочу объяснить, что когда Том Риддл вернётся…
— То он продолжит мстить. Кстати, как это — вернётся?
— В России есть сказка про Кощея Бессмертного. У него смерть была…
— Заключена в игле. Да, я знаю. Уж что-что, а сказки эти русские умеют писать.
— Нечто подобное сделал и Волан-де-Морт. Лишь с той разницей, что подобных игл несколько.
— Несколько? И как я понимаю, их нужно сломать все.
Корнелиус мрачно кивнул головой.
— Мы не знаем, что стало с душой Волан-де-Морта. Но по тому, что нам стало недавно известно, он больше не человек. Он стал близок к демонической сущности.
— А этот Поттер. Если он смог остановить этого психопата в возрасте полутора лет, то теперь его помощь была бы весьма кстати. Если я не ошибаюсь, то сейчас ему должно быть четырнадцать?
Корнелиус поднялся с кресла, и с хмурым лицом подошёл к окну:
— Помощи от Гарри Поттера не будет. Не в войне с Волан-де-Мортом. И это наша общая вина.
— Общая? Объяснитесь?
— Мы доверились великому волшебнику нашего времени, Альбусу Дамблдору и не проконтролировали жизнь мальчика. В своё время Дамблдор сыграл решающую роль во Второй Мировой Войне. Мы доверили нашего героя, Гарри Поттера, ему, даже не подозревая, что Дамблдор — это волк в овечьей шкуре. И вот что он сделал.
С этими словами Корнелиус передал следующую папку с надписью.
ГЕРОЙ МАГИЧЕСКОГО МИРА.
Гарри Джеймс Поттер, лорд Слизерин, лорд Певерелл.
Фадж подошёл к бару, и по-хозяйски взял бутылку с янтарной жидкостью. Налив из её в бокал, Корнелиус поставил его на стол министра. Посмотрев на удивлённое лицо Дэвида Уиннера, Фадж сказал:
— Поверьте моему опыту. Вам это понадобится. Но не советую напиваться. У меня много плохих новостей, а нам нужны трезвые головы.
Через два часа бледный Дэвид оторвался от папки. До конца было ещё очень далеко, не считая аудио-записей. Дэвид взял бокал и с подозрением посмотрел в него.
— Зачем Вы дали мне это прочитать?
— Вы должны знать, почему Гарри Поттер не будет помогать ни вам, ни нам, когда начнётся война.
— Вы сказали «война»?
— Когда вернётся Волан-де-Морт, а это произойдёт очень скоро, он вновь начнёт мстить.
— Это не удивительно.
— Но мы больше не сможем скрывать его преступления, вслед за этим и существование нашего мира. У нас просто нет таких ресурсов, так как в Магической Англии магия разума была запрещена.
Дэвид хмыкнул:
— Вы сами себя загнали в ловушку.
Фадж тяжело вздохнул:
— Теперь-то я это понимаю.
— Но если мы объединим усилия. Ваши, как Вы их называете… — Дэвид заглянул в папку, — авроры и наши силовые структуры и спец-отделы, то…
— То это нам ничего не даст, — с этими словами Фадж протянул очередную папку.
ГИДРА.
— Гидра? — удивился Дэвид. — Что-то такое было связанно с нацистской Германией.
— Да, — сказал Фадж, — я тоже слышал об этой фашисткой организации. Но наша «Гидра» намного опаснее. А вот здесь, — Корнелиус передал очередную папку, — аналитики сделали доклад о том, как будет развиваться события в ближайшие годы.
Спустя час.
Премьер-министр Великобритании Дэвид Уиннер смотрел в окно. Фадж видел, как у хозяина кабинета дрожат руки, и прекрасно понимал его состояние. Спустя какое-то время Дэвид сказал:
— Гидра, говорите? Не знаю, кто дал им это название, но оно подходит к ним в полной мере. Столь же опасные, ядовитые и беспощадные твари! Как бы я хотел сказать, что Вы преувеличиваете опасность, но… — Дэвид разочарованно покачал головой.
— Но?..
