— Из того, что я понял о тварях Хаоса, никакие убежища не защитят от них. Что насчёт магов?
Корнелиус отрицательно покачал головой:
— Слишком много знаний утеряно. Во всяком случае, у нас. За границей дело лучше, так как у них есть некроманты. Но они нас терпеть не могут. Вот почему жена Гарри Поттера стала для нас просто подарком небес.
— Жена? Так ему же четырнадцать?!
— У нас свои законы. У Гермионы Поттер, есть наследство, в том числе и убежище, которое её… её предок создала на подобный случай. Когда мы почувствуем запах войны, наши жёны и дети должны будут немедленно отправлены в убежище.
— Корнелиус?
— Да?
— А насколько в том убежище безопасно?
— Настолько, насколько это вообще возможно. Твоей семье там ничего не будет грозить, даже если вся страна превратиться в пепел.
Какое-то время Дэвид расхаживал по кабинету.
— Мистер Уиннер?
— Дэвид. Называй меня Дэвидом.
— Дэвид. Может ты перестанешь метаться от угла к углу и скажешь, что тебя беспокоит?
— Корнелиус, как много там места? Я имею в виду убежище.
— Если ты хочешь спрятать там весь ваш парламент…
— Нет-нет. Только ещё двух человек. Я бы даже сказал, двух подростков.
— Ты о принцах?
— Корнелиус, я верный слуга Её Величества. Я обязан, как минимум, сообщить ей о грядущей катастрофе мирового уровня.
— На счёт принцев я не знаю. Это не ко мне, и даже не к Гарри Поттеру. Это вопрос к его жене.
Девид вновь заглянул в одну из папок:
— Гермиона Поттер.
— Да. Это её наследие, и только её.
— Корнелиус, ты можешь организовать встречу супругов Поттеров с Её Величеством?
— Я поговорю с ними, тем более, что мы делаем одно дело.
— Ещё одно. Её Величество должна увидеть эти документы.
Какое-то время Корнелиус смотрел на Дэвида.
— Дэвид. Я не буду тебе говорить о том, что эти документы не должен увидеть никто, кроме Её Величества, ну, возможно, ещё членов её семьи, как и о том, какая паника поднимется в стране, если это всплывёт наружу. Я скажу тебе только вот что. Если твои действия и действия Её Величества начнут нести вред спасению нашего мира, то Гарри Поттер с женой и союзниками просто покинут наш мир, а мы, точнее, вы, останетесь.
Дэвид понимающе кивнул головой и положил папки в свой личный сейф.
— Перед уходом я оставлю тебе этот артефакт от прослушиваний, и, Дэвид?
— Да?
— Раз уж мы начали работать вместе, то я предлагаю, как это у вас говорят: «Кинуть пробный шар».
— Я слушаю.
— Я о жизни Гарри Поттера у его родственников.
— Разумеется, я немедленно прикажу начать расследование. Выделю лучших специалистов и лично прослежу…
— Дэвид, ты кое-что не учёл.
— Ты о чём?
— Должен признать, я и сам об этом узнал лишь недавно. Миссис Поттер сказала, что у вас очень серьёзно относятся к жестокому отношению к детям. В особенности это касается сирот.
— Серьёзно — это ещё слабо сказано. Ты даже не представляешь, какая волна может подняться, если хотя бы несколько листов из дела о жизни Гарри Поттера попадёт в прессу. Даже не так. Достаточно просто анонимного звонка и начнётся Армагеддон. Причём, пострадают абсолютно все. Без исключений. Начиная с меня и вплоть до пожарников, почтальонов и разносчиков молока.
— Об этом я и говорю. Столько лет Гарри Поттер прожил в Адовых условиях, и никто не обратил на это внимание. Ни соседи, ни местная полиция, ни в школе. Тебе не кажется это подозрительным?
— Подозрительным? Да это в голове не укладывается. Ты думаешь, что этот, как его?
— Дамблдор, — скривился Фадж.
— Вот-вот. Ты думаешь, что он приложил к этому руку?
— Я в этом уверен. Он один из сильнейших магов разума. Что-то вроде вашего гипнотизёра, но очень сильного.
— Да… — протянул Дэвид, — это всё объясняет. Что предлагаешь?
— Я предлагаю оказать Гарри Поттеру услугу. Своеобразный жест доброй воли. Мы проведём совместное расследование. Заодно посмотрим со стороны, как могут ужиться вместе наши с тобой подчинённые. Создадим совместную экспериментальную группу. А когда расследование закончится, дадим Гарри Поттеру возможность решить их судьбу.
Дэвид напрягся:
— Но он же не собирается… — Дэвид символично провёл пальцем по своему горлу.
— Уверяю тебя, Дэвид. Если бы Гарри Поттер или его дорогая супруга пожелали бы убить этих Друслей, то ни вы, и ни мы не смогли бы остановить их. Не спрашивай! — Фадж поднял ладони. — На мне клятва о не разглашении. Если я попытаюсь раскрыть эту тайну, то умру.
Дэвид, не успев задать вопрос, закрыл рот и покачал головой:
— Жёстко у вас там. Ладно. В твоих словах есть смысл. Надеюсь на их благоразумие и на то, что они не преступят наши законы. А теперь давай обсудим то, как мы всё это представим….
Спустя час Корнелиус откланялся и покинул кабинет во вспышке камина, а Дэвид отправился на поиски кофе. Выйдя из кабинета, он с удивлением увидел свою секретаршу, спящую в своём кресле за рабочим столом.
— Крис? Какого чёрта?
Вздрогнувшая девушка буквально подпрыгнула на своём кресле и сонно заморгала ресницами. Спустя мгновение её взгляд зафиксировал Дэвида.
— Крис. Ты чего тут делаешь? Я же сказал, что ты свободна.
