Суть содержания всей этой книги, написанной с опорой на труды официальных советских и романовских историков, в том, что, мол, исконные земли башкир некогда, «еще до прихода булгар», простирались «от Волги до Тобола, от Камы до среднего течения реки Урал». Но вот, дескать, вначале башкир завоевали «монголо-татары», потом их земли «разделили ногайцы и казанские татары», ну а после – «завоевали русские». Вот ведь как меняется история-наука согласно потребностям иных политиков. До этого официальные историки писали, что, мол, добровольно присоединились башкиры к русскому государству, а тут, получается, – «завоевали русские». Еще, мол, с 1552 г. начали «завоевание», и прямо с Волги и завоевывали башкир и другие народы Поволжья, Урала и Средней Азии.
Но потом так случилось, что «парад суверенитетов» не состоялся. Местная история-«наука», как водится, снова резко изменила курс – вернулась, так сказать, в привычное русло, романовско-советское: к версии, отраженной на уфимском монументе Дружбы народов.
Но вот что интересно: в версии истории американца Доннелли тоже татар «почти не было». Поскольку татары, до сих пор помнящие принципы своего Великого предка и то, что они «родом из Золотой Орды» (36), (37), (38), весьма мешают тому, чего хотели добиться как мистер Доннелли, так и его предшественники Романовы со своей идеологией, выраженной в сочиненном ими антитатарском курсе истории.
А добиться хотели западноевропейцы-крестоносцы и выражавшие их интересы Романовы первым делом того, чтобы противопоставить друг другу народы Евразии-Татарии. Для Романовых это было необходимо, чтобы установить романо-германское иго. Ведь держать в покорности легче тех, кто ненавидит друг друга, и кто никак не разберется, кто им друзья, а кто враги. Тот же самый интерес, в принципе, и у мистера Доннелли – вернее, у его коллег гораздо выше чином. Им тоже было бы легче держать под своим контролем и использовать в своих интересах множество ненавидящих друг друга народцев со своими крошечными «независимыми» государствами, чем дружный коллектив народов могучей Евразийской державы.
Ну а «завоевание Россией», вернее, романовским государством, «расположившимся как оккупационная армия» (
Дело тут еще в том, что труд создателей курса романовской истории России, унаследованного нашими официальными историками, заключался главным образом в том, чтобы убрать из истории татар и основанную ими Великую Орду с ее идеологией о соблюдении прав и интересов всех народов Евразии. Где этого никак нельзя было сделать, там татар старались показывать в наиболее неприглядном свете.
А где никак нельзя было отделить татар от русских, вот как, например, в Московском государстве «периода правления Ивана Грозного» и вплоть до Смутного времени, до начала XVII века, то весь этот период постарались показать «периодом разгула чудовищного деспотизма в Московии» и ее «непрерывных захватнических войн против соседей» – как против «независимых» и «демократических русских княжеств», так и против других народов. Ну и, понятное дело, историки Романовых постарались расписать, опираясь на сочинения своих заграничных учителей, как русские и татары «нападали на страны культурного Запада» – например, на знакомое уже нам Великое княжество Литовское, объединенное с католической Польшей в 1386 г., и бывшее в XIV–XVII вв. форпостом натиска католического Запада на Восток.
Так что профессору Доннелли и его коллегам по идеологической работе романовский курс официальной истории России пришелся весьма кстати. Это ведь готовый пропагандистский материал – чуть доработал, и уже можно использовать в разжигании «локальных» войн между народами Российской Федерации. Любо-дорого им было бы, да не получилось. Так и не поверили, выходит, современные русские, башкиры и татары, да другие их земляки официальным историкам, что их предки были врагами друг другу. Получается, прав Л. Н. Гумилев – народы-земляки Евразии-Татарии никак не извечные враги, а издревле естественные союзники. Поскольку так и не забыли основные принципы, когда-то установленные Великим Язу Чынгыз-хана. Эти принципы, как мы уже знаем, были «не просто провозглашены, но и претворены в жизнь» в державе татар-ордынцев, в Великой Татарии (см. главу 8).
