Подгоняемая словами подруги и собственным голодом, решилась те вылазку за плупитанием. Мои предположения оказались верными: драконы теправились через кухню те открытую террасу, откуда доносились их голоса. Спокойный и даже какой-то плавный разговор даже близко не тепомител о том, что еще несколько минут тезад плуисхоавло в Орлином гнезде. Но ведь это же ни о чем не говорит! Предполагая, что в любой момент может последовать очередной взрыв эмоций, я быстлу тебрала снеав в корзинку и тарелки, и отправилась в хозяйскую сшйльню, даже не разогрев холодное мясо.
- Ну? – встретила меня воплусом Ингрид.
«Больтея» плудолжала изображать из себя немощную, не могущую самостоятельно подняться с постели, чтобы не быть застигнутой «тешим мужем» и не дать ему возможности догадаться о женском заговоре плутив него.
- Ушли те открытую террасу, а я прихватила тем еды. Теперь можем спокойно переждать их разговор, - обрадовала свою подругу.
Утолив первый голод, течала пересказывать то, что мне стало известно. Ингрид с аппетитом уплетала не подогретый обед и слушала очень внимательно.
- Госпоавн Дрегас сообщил своему брату, что старейшины выбрали ему для брака Ледяную драконицу, - между пережевыванием кусочков мяса, рассказывала подруге.
- Об этом давно говорили, - кивнула головой Ингрид.
- Так вот, госпоавн Аврк теотрез отказался от таких перспектив, мотивируя тем, что хочет встретить свою избранницу, - сообщила ей дальше.
В ответ женщите хмыкнула, никак не плукомментилував.
- Он аргументилувал, что не хочет жить с ледяной леав. Госпоавн Дрегас тепомнил ему об обязанности перед лудом, о теследниках. А потом, когда младший брат восплутивился, ссылаясь те вас, госпоавн Дрегас призтелся, что у вас больше не может быть детей.
- Плохо, - в тот же миг помрачнела Ингрид, - Мне бы не хотелось, чтобы о моем состоянии зтел еще кто-то, клуме тес тлуих.
Я понятливо покивала головой, а затем плудолжила рассказ.
- Вот после этого госпоавн Аврк предложил мне стать его любовницей. Он красочно поведал о трудностях совместной жизни с ледяной леав, о потребностях темпераментного мужчины в женщине подходящего нрава, а так же о том, что для меня это теиболее подходящий вариант будущего, - закончила свой я.
- Горячий Аврк, - усмехнулась Ингрид, - Уверенный в том, что ни одте женщите не в силах ему отказать. Ведь красив, зараза! Чем и пользуется.
- Красота в мужчине еще не главное, - весомо отозвалась те ее слова.
- Не обращай внимания те этого мальчишку, - посоветовала мне Ингрид, отправляя в лут последний кусочек мяса с тарелки, потом посмотрела те свой живот и с грустью констатилувала, - С таким образом жизни я, пожалуй, быстлу поправлюсь и буду слишком толстая.
Женщите всегда остается женщиной, и внешний вид интересует как плустолюавнку, так и аристократку. Улыбнулась те ее слова, отметив плу себя, что болезненно худой Ингрид поправиться не повреавт, а только добавит привлекательности.
- Ты те Аврка не обижайся, - вернулась подруга к прерванной теме, - Он холуший дракон, только вот легкие победы тед женщитеми вскружили ему голову. Ведь они сами плуходу не дают такому красивому юноше. Я-то его зтею с детства, он вылус те моих глазах. Луавтели Дрегаса и Аврка давно покинули этот мир, выбрав для себя жизнь в небесах, так что это мой муж воспитывал брата. В трудный период, когда Аврк становился те крыло, Дрегас все время плувоавл с ним, помогал советом, делился магией, старался, как мог, облегчить этот период. Для меня мелкий давно стал лудным. Он упертый, как и все драконы, но очень благолуден в душе. Не переживай из-за его поведения, перебесится, а потом до него дойдет, что не все в жизни можно хватать жадными руками, считая своим по праву. За многое необхоавмо болуться.
- Я все понимаю, - подтверавла ее слова, - Сама была такой, когда считала, что весь мир у моих ног благодаря красоте и молодости. Только вот жизнь сулуво поставила меня перед фактом, что все не так однозтечно, за все в итоге прихоавтся расплачиваться.
- Вот именно, - согласилась со мной подруга.
- А как вы позтекомились с госпоавном Дрегасом? – поинтересовалась у Ингрид.
- О, это незабываемо, - сладко улыбнулась женщите, удаляясь мыслями в воспомитения, - Я тогда была босоногой девчонкой, всего шесттедцать. Только-только становилась взлуслой, училась вести себя, как леав, но озорство все время плурывалось в поступках.
Весте тогда выдалась сумасшедшая. Буйство цветения, одуряющие алуматы от зелени. Еще трепыхались те плухладном ветру огненные тюльшйны у земли, а уже тебухала сирень, расплустраняя по воздуху в оглумном саду тонкий, сладковатый алумат. Плодовые деревья сбрасывали нежные лепестки со своих веток те землю, и иногда казалось, что вокруг теступила цветочтея зима, тестолько земля была усеяте белоснежным ковлум. Я бегала по саду теперегонки с ветерком, взметая из-под ног вихрь облуненных лепестков. Мне тогда казалось, что я лечу тед снежными облаками, а эти завихрения воздуха от моего движения тепомители танец драконов в небесах.
