— В равной степени? Балаболом меня ещё никто не называл! — мрачно отозвался мужчина и крепко стиснул руль.
— Я не обзывала тебя. Просто пытаюсь мыслить здраво.
— А как же доверие? Ты много говорила о доверии, даже упрашивала поверить тебе на слово! — ухмыльнулся Лютый.
— Но ты же не поверил. С чего вдруг я должна верить тому, кого совсем не знаю!
— Быстро схватываешь. Может быть, потом, как всё закончится, у тебя появится хватка. Но мой тебе совет, лучше мужика себе найди!
— Спасибо. Очень ценный совет!
— На ус мотай.
— Не думаю, что смогу найти своё счастье. Ты меня испортишь.
— Да я вообще-то тебе ничего такого не предлагал, но если настаиваешь…
И мужская ладонь снова варварским образом легла на моё бедро.
— Я не имела в виду интим. Всего лишь его последствия. И то, что мне придётся… придётся решиться на суррогатное материнство, тоже оставит свой след. Боюсь, мне придётся скрывать это позорное пятно биографии…
Лютый внимательно следил за дорогой и слушал, что я говорю. Возможно, я лишь развлекала его своей болтовнёй, и он слушал мою речь, как другие водители слушают фоном радиопередачи или музыку.
— Есть ещё кое-что.
— Да ну?
— Да. Не думаю, что мужчины способны хранить верность в браке. Я посмотрела на твой брак и не хочу такого же.
— И что же не так с моим браком?
Голос Лютого стал холодным, почти мёртвым. Мужчине не понравился тон осуждения, проскользнувший в моём голосе.
— Ты изменяешь жене! — решила не отступать я. — Я не хочу жить так же.
— Мужчины полигамны. У самца это в крови — самок менять.
— Не верю! Просто наверное, верные мужчины — большая редкость.
— Ну, ты всегда можешь объявление дать. Мол, ищу мужика, богатого, со связями, с большим и рабочим инструментом, верного, не гулящего… Словом, не существующего! — рассмеялся Лютый.
— Ты даже не отрицаешь, что изменяешь жене! — изумилась я.
— Мой брак — не твоя забота, Маша. Твоя забота — родить нам малыша.
— И вы будете счастливы от этого?!
— О счастье речи не идёт. Так надо.
— Для кого? Извини, но я совсем запуталась. Ты не любишь жену? Хочешь завести наследника, потому что так надо… Кто сказал, что надо именно так?! Разве это жизнь, если ты не получаешь, что хочешь, и живёшь навязанными целями и фальшивыми эмоциями?
— А ты точно химичка? — подозрительным тоном спросил Лютый. — На мозг капаешь, как будто на психолога училась.
— Психология входила в ряд предметов, которые я изучала в университете.
— Ну, всё ясно. Только зря ты мне пытаешься мозг промыть словами об истинных ценностях. Ты мне ещё про веру заверни в то, что ты про всё остальное завернула.
Странным образом, мы обменивались мнениями и взглядами на жизнь, как будто были знакомы лет десять. Хотя при первой встрече с Лютым я и подумать не могла бы, что мы можем разговаривать так просто.
Он же бандит!
— Так. Теперь варежку свою прикрывай и сиди тихо, как мышь. Мы почти приехали!
Ох…
Сердце от сильной паники начало колотиться об рёбра изнутри на бешеной скорости. Кровь отхлынула от лица, и пальцы стали совсем ледяными.
***
Лютый притормозил машину в метрах двухсот от небольшого скопления строительных контейнеров. Неподалёку от них велась стройка, но с виду там уже давно не велись работы.
Техника стояла без движения и вообще территория была огорожена ограничительными знаками и красными лентами.
— Сиди здесь, — повторил Лютый и полез в карман куртки за пистолетом.
От вида холодной, чёрной стали в мужских пальцах мой желудок сделал кульбит.
— Я пойду внутрь и проверю, что к чему…
Лютый дождался, пока за его машиной притормозила машина охранников, сопровождающих нас от самой клиники. Я знала, что внутри сидело двое мужчин.
Итого, их было трое. Наверное, этого было вполне достаточно, чтобы взять одного довольно худощавого парня — Антона. Но я не знала, сколько противников притаилось внутри.
— Поняла?!
— Что-что? — спросила пересохшим голосом.
— Сиди, говорю. А ещё лучше, на заднее ляг и не отсвечивай. Давай-давай, ползи назад! — поторопил меня Лютый.
Я сделал, как он велел, и не собиралась чинить препятствия. Но внезапно, когда Лютый нажал на дверную ручку, собравшись покинуть салон, я дотронулась до его широкого, мускулистого плеча.
Он обернулся, с немым вопросом в тёмных глазах. Внезапно его лицо оказалось прямо напротив моего и я ощутила жар пряного мужского дыхания на щеках.
— Будь осторожен, — неожиданно попросила я и… густо покраснела.
Я поставила себя в неловкое положение. Верно, он мог поднять меня на смех, но Лютый не стал этого делать, лишь сосредоточенно кивнул и вылез из авто.
Я переплела пальцы замком и внезапно вспомнила слова молитвы… Как будто интуиция шепнула, что ничем хорошим это поездка не окончится, и самое время попросить поддержки у высших сил.
Но помолиться мне так и не удалось.
Почти сразу же, после того, как Лютый покинул машину, я услышала звуки выстрелов — частые и громкие.
Я впервые услышала такие яростные, оглушающие звуки и испытала страх, животный, несравнимый ни с чем.
