Спрашиваю резковато. Меня уже конкретно клинит на том, что Полина-Лида как в Лету канула. Нет ее. Исчезла. Я весь город перевернул. Людей к ее родителям послал. Чтобы наблюдали. Присматривали издали и, если девчонка объявится, информировали.
Но по всем фронтам глухо. Я потерял иголку в многомиллионном городе. Без постоянного места жительства. Которая даже учится на заочном, а лекции следующие начнутся черт знает когда.
Номер телефона девчонка даже не восстановила. Словно почувствовала, что попала, и все следы замела, как какой-то спецагент. Кровь кипит. И чем дольше я ищу Полину, тем сильнее зверею.
— В общежитие меда, — вырывает из мыслей голосок другой потеряшки.
Общежитие. Ясно. Еще одна студенточка.
— В медицинском, значит, учишься?! — поддерживаю беседу, хочу отвлечься от желания свернуть одной птичке шею.
— Да.
Не врет. Выдает всю информацию.
— Специализация?
— Педиатрия.
Надо же, и здесь почти попадание.
— Детишек любишь?
Пожимает плечами. Задумывается, а затем отвечает четко:
— Не знаю.
Что же, это было искренне. Блондиночка не стала заливать про скорое желание свить гнездышко. Растить деток и вообще, чтобы мир был во всем мире.
Интересная черта в этой Алине. Смотрит прямо и уверенно. Без жеманства. Без кокетства. Не пытается из-под одного мужика еще тепленькой под другого залезть.
Ей-то невдомек, что женщина друга — табу для таких, как я.
Обычная она девушка. Странно даже. Отвык от такого.
— Квартиры у тебя нет. Именно в общежитие везти?
— Да… мне нужно в общежитие…
— Хорошо. Значит, довезу до ворот.
— Я была бы очень благодарна, — отвечает робко и опять отворачивается. Руками себя обхватывает.
Холодно, наверное. Платье тоненькое. Незаметно нажимаю на сенсорную панель-климат контроля с моей стороны. Поднимаю градус в салоне.
Девушка расслабляется. Но руки от груди не отнимает. Скромная.
Заканчиваю свое наблюдение. Все, что нужно, уже подметил. Погружаюсь в мобильник. Просматриваю рабочую почту.
И все время жду главного сообщения. О. Моей. Беглянке.
Нигде ее нет. Даже камеры вокзалов поднимал, аэропортов. Не покидала она столицу.
Автомобиль, наконец, останавливается у общежития, девушка выпрямляется и благодарит. Выдыхает. Словно все это время боялась, что я ее не довезу.
Дергает за ручку поспешно. Бежать хочет. Так я и не держу. Поигрываю телефоном в пальцах. Задала ребус женщина Лекса, нутром чую, что с ней у него не все кончено.
— Не делай глупостей, Алина.
Даю напутствие. Предупреждаю. Чтобы вдруг не вздумала слинять. Ставр придет за ней. Интуиция не подводит.
— Выпустите меня, пожалуйста, — продолжает все так же липнуть к двери. Тронешь и впадет в истерику.
Колотит ее.
Звонок отвлекает. Прищуриваюсь. Подбираюсь. Байсаров. Его не жду. Сделка на несколько ярдов идет к чертям из-за пары крыс, которых Валид решил. Хотя, может, очередной звездец нарисовался.
Отвечаю коротко, без приветствий:
— Говори.
— Слух ходит, что ты человека потерял в городе, ищешь.
Прищуриваюсь. Подбираюсь.
— Есть тема, Аслан. Возможно, ее нашли…
— Ее… нашли… — повторяю за Валидом, а сам обращаю взгляд на чужую женщину рядом.
— До свидания. Алина.
Делаю знак водителю. Щелчок сигнализирует о разблокировке. Девчонке дважды повторять не нужно. Выбирается спешно из машины и бежит, как от черта.
Опять смотрю на мобильник. Что-то в груди свербит. Охота. Кураж. Кайф. Адреналин. Предвкушение.
Губы раздвигаются в хищном оскале.
Нашлась моя пропажа.
Водитель останавливает машину у клуба «Азимут». Один из многих, которые принадлежат Байсарову, но можно сказать, что больше всего Валид бывает именно тут. Не то, чтобы вотчина, но отдыхает здесь он знатно.
Сейчас в дневные часы на местах в основном персонал. Парнишка в белой сорочке, увидев меня, подпрыгивает и расторопно ведет в сторону кабинета своего босса.
Распахиваю дверь и вхожу без стука, чтобы лицезреть Байсарова, полностью погруженного в работу.
— Шах.
Поднимает голову и кивает.
— Валид.
Обмениваемся рукопожатиями, и я занимаю кресло напротив. Игра в гляделки не длится долго. Мое терпение на исходе.
— По телефону ты мне кое-что сказал. Хочу понять, про какую именно пропажу ты мне вкатывал.
Байсаров ухмыляется, слегка прищуривается.
— Когда приходил к тебе, Шах. Кое-что засек. Имя проскользнуло. Женское. Созвучное с одной птичкой.
Играет бровями, гад, забавляется.
— Байсаров, я к тебе пришел. Нервы мне не делай. Я на взводе.
— Даже так… Знал бы тебя чуть меньше, не понял бы, что ты сейчас в бешенстве. Девчонка тебя кинула, значит, — присвистывает, — вот что с нашим братом лишние чувства делают.
— Валид!
Рявкаю и друг теряет всю свою ироничность. Подбирается. Темные глаза вспыхивают.
— Если бы ты не шифровался и сказал бы мне, кого ищешь, прямо, думаю, нашел бы свою пропажу раньше.
— Знаешь, где она?! — рявкаю, поднимаюсь с места и опираюсь о стол Байсарова, пригибаюсь, мы глазами сцепляемся, словно в схватке.
— Девочку. Мою. Тронул?!
Не было еще такого, чтобы ревность крышу рвала с полуоборота. Ни разу в жизни. Чтобы из-за юбки быть готовым войну развязать.
Байсаров выдерживает мой взгляд, облокачивается о кресло, отвечает ровно.
