Дьявол жестокий и жесткий. Обманываться не стоит. Не зря его так боятся. Есть в нем тьма и что-то внушающее панический ужас.
Правда, красив как древний бог. Говорят, старые боги были безжалостными и этот явно соответствует легендам.
Валид слегка поворачивается и мой взгляд случайно падает на его достоинство, от смущения жмурюсь, понимая, что мужчина просто огромен даже сейчас, когда насытился.
— Отдохни, — говорит опять равнодушно, и я тихонечко выдыхаю.
Валид же открывает окно, становится ко мне спиной, наблюдает за тем, что творится снаружи, слышу отдаленный лай собак…
Пока мужчина стоит на свету, я наблюдаю за ним из-под опущенных ресниц, взгляда отчего-то оторвать не могу.
Взгляд цепляется за длинную косую вязь татуировки на спине мужчины, очень необычной, вспоминаю, как пальцы цеплялись за нее, там кожа шероховатая… вероятно, набита каким-то странным образом, будто ножом высечена, когда рубцы создают картинку…
Страшное тату, выпуклое, скорее, напоминающее шрам…
Какая-то сонная мысль маячит в этот момент на задворках сознания, но я слишком истощена, глаза буквально слипаются, прикрываю потяжелевшие веки, надеясь, что на этом Байсаров успокоится.
Ведь приказал же мне отдохнуть…
Из-под полуприкрытых век замечаю, как Валид идет в другую комнату, а затем до слуха доходит шум воды. Значит, там ванная…
Тоже хочется пойти туда, кожу между ног начинает неприятно тянуть, но дрема меня накрывает и в душе я радуюсь, что, возможно, на этом все и моя сладкая и невыносимая пытка закончилась, накрываюсь с головой и меня вырубает.
Засыпаю, как в омут проскальзываю, но моим надеждам на передышку не суждено сбыться.
Вздрагиваю, ощущая прикосновение, что-то теплое и мягкое, глаза распахиваются в страхе.
— Тшш… — слышу спокойное и буквально покрываюсь красными пятнами смущения, потому что мужчина проводит теплым влажным полотенцем по моим бедрам. Не таясь. Рассматривает меня там и с абсолютно спокойным концентрированным лицом протирает все остатки и разводы.
А я смотрю на Валида, по волосам которого скатываются капли воды, и сердце пульсирует каким-то очень глубинным чувством.
Забота, которую проявляет мужчина, слишком интимна, слишком… откровенна и в то же время нежна.
Закончив с процедурой, Байсаров отбрасывает полотенце в сторону, тяну на себя покрывало по инерции, ловит за край и не дает накрыться.
Поднимаю на него ошарашенный взгляд и Байсаров отрицательно качает головой. Понимаю, что моя передышка закончена, а мужчина опять пришел в полную боевую готовность.
Одним плавным движением пресекает малейшее мое сопротивление, уверенно раздвигает ноги и ложится сверху, не спешит ворваться в мое неподготовленное тело, опять накрывает мой рот, целует и как только добивается отклика, врывается в меня, выбивая всхлип.
Боль в этот раз не чувствуется, мужчина умело играет с моим телом, заставляет отдаваться процессу и вскоре понимаю, что задерживаю дыхание, кусаю губы и непроизвольно царапаюсь.
Пресекает последнее, ловит мои руки и опять прибивает к постели. Кажется, своим разовым любовницам Валид не позволяет метить себя.
Неумолимые движения длятся, мое тело вертят во всех возможных ракурсах, безжалостно добиваясь отдачи, и в какой-то момент меня опять накрывает судорогой эйфории, просто выбивает из реальности, кажется, я теряю сознание и прихожу в себя, когда выкручивающая сухожилия волна проносится по мышцам.
Валид просто неумолим. Но в этом всем я чувствую его какую-то жесткую установку на то, чтобы высекать искры из меня, чтобы я срывала голос в очередном конвульсивном всплеске, понимая в какой-то момент, что все мое тело инструмент в умелых руках.
Опять пульсация внутри меня и Валид падает на спину, увлекает меня за собой, и я оказываюсь лежащей на покатой широкой груди, слышу, как успокаивается его сердце, ударяясь о мощные ребра.
Неосознанно вдыхаю его запах, провожу пальчиками по мокрой груди и понимаю, что этот запах действует на меня будоражаще. Его запах. Аромат мускуса. Тяжелый. Пряный. Животный.
Нет отторжения, наоборот, хочется вдохнуть поглубже, пропустить в легкие. В ответ на этот порыв глубоко внутри меня что-то сокращается.
Мужчина реагирует сразу же, длинные пальцы зарываются в мои мокрые прядки на затылке и Байсаров слегка оттягивает мою голову, чтобы заглянуть мне в лицо. Улыбается довольно.
— Смотрю, кошечка вошла во вкус… — выдает, слегка улыбнувшись, и я чувствую, что его тело внутри меня опять каменеет.
— Не надо, — выдыхаю едва слышно, — я больше не выдержу…
Прищуривается. Темные глаза становятся опасными и холодными, улыбка исчезает.
— Я не терплю слова “нет”, — выдает совершенно спокойно, не дает мне послаблений, усаживает на себя, заставляет оседлать, приподнимает бровь и слегка кивает, дает отмашку к действиям, я же опускаю в шоке взгляд на широкую грудную клетку и упираю ладошки в живой камень.
Валид держит меня за бедра, направляет, заставляет взять инициативу в свои руки, сам же все это время смотрит мне в глаза, не отпуская, ментально меня имеет, выворачивает на изнанку мою душу и чувства.
