Резко хватает меня за щеки и приближает к своему лицу, скольжу по его коленям, напарываюсь на ширинку своей промежностью и глаза в шоке распахиваются. По ощущениям там камень. Горячий. Пульсирующий.
— Сколько тебе отстегнули?
Мотаю головой.
— Нисколько… я денег твоих не взяла, ничего не взяла… все рассыпала по полу…
Цокает языком и пальцы сильнее впиваются, соскальзывают к губам и болезненно зажимают, вдавливая нижнюю в зубы.
У меня все мысли в рассыпную после того, что он проделал со мной. Дрожу с каждой секундой все сильнее. Не шутит Байсаров.
— Мне нечего сказать, клянусь, я уже все сказала… Я просто не понимаю, что ты хочешь от меня услышать…
Слезы опять текут по щекам. Потому что накрывает осознание, что Байсаров просто так меня не отпустит. Ему что-то нужно узнать, но я просто не понимаю, что именно.
Что я знаю и не говорю. Хмурюсь. Пытаюсь вспомнить детали, нюансы, но понимаю, что сказала абсолютно все…
— А если подумаешь, принцесса, если вспомнишь… — давит интонацией, даже голос становится глуше, холоднее.
Понимаю, что терпение Валида не безгранично и он его теряет, а что будет со мной, если он отпустит своего зверя, даже боюсь представить.
Между нами воздух искрит, поднеси спичку — вспыхнет. Полыхнет так, что сгорю дотла, я сгорю…
— Не молчи, Варя, отвечай на мои вопросы искренне и правдиво…
— Ты можешь мучить меня, можешь пытать, но я ничего не знаю и не смогу ничего сказать больше того, что уже поведала…
Сглатываю гулко, опять плачу из-за пережитого. Дрожу в его руках, а Байсаров неожиданно отпускает меня, хватка исчезает, мужчина облокачивается о массивное кожаное кресло и лениво наблюдает за мной, опускает взгляд на мою грудь и к распахнуты ногам с задранной юбкой.
А я, как руки мои отпускает, сразу юбку одергиваю, пытаюсь дрожащими пальчиками одежду в порядок привести.
Он все уже видел, пробовал на вкус, более того, его пальцы сейчас во мне побывали и сбросили в пекло наслаждения, но я все равно привожу себя в порядок, приглаживаю растрепанные волосы.
Валид молча позволяет все это, но когда я хочу соскользнуть с его колен, сильные пальцы, унизанные перстнями, опускаются мне на бедро и сжимают.
Качает головой, давая понять, что не отпускает, и я замираю под прицелом темно-кофейных глаз.
— Секс был искренний. Сейчас твой кайф был чистейшим. Рассказ про паспорт и про запугивание — верю. Мухоматов загнал тебя ко мне, неопытную конфетку, которую я распробовал. В этой части все складывается, но вот почему ты молчишь про то, что было дальше — для меня вопрос.
Хмурится, словно вероятные комбинации прикидывает. А я в его лицо демоническое смотрю. В глаза и восхищаюсь этой лютой красотой, огненной и такой бесчеловечной.
— Отчего такая отважная, сумасбродная глупость?
Задыхаюсь от его слов. Кусаю распухшие губы.
— Не понимаю, о чем ты вообще говоришь, я правда не понимаю…
— Скажи правду, принцесса… Это несложно.
Выдает с холодным сарказмом, не отводя взгляда от моего лица.
— Я и говорю, Валид, прошу, поверь. Я просто ушла, выполнила свои обязательства, скрасила твой вечер и ночь, а потом я ушла. Это все. Больше мне нечего сказать…
— Уверена?! — рыком, подавляя, продавливая, и рука опять проскальзывает выше, и сжимает мою попу, вздрагиваю от этого прикосновения, пугаюсь от жесткости, с которой прикасается на этот раз, одним только этим жестом заставляет упасть в настоящую истерику, когда я срываюсь и кричу:
— Да! Да! Хватит! Мне больше нечего сказать!
Меня опять колотит, на этот раз Байсаров притягивает меня к себе, смыкает ладони на моей спине и выдает глухо:
— Тише, принцесса, тише, — ласка на спине кажется невероятно нежной, успокаивающей, на контрасте с грубостью, которая была секундой ранее.
Как только мое дыхание выравнивается, Байсаров легонько тянет меня за волосы, заставляет посмотреть ему в глаза, проводит по моей щеке пальцами в кольцах, слезы стирает, но взгляд у него по-прежнему тяжелый, продирающий, когда он, наконец, произносит фразу, от которой у меня все нутро сковывает льдом:
— Тогда объясни мне, Варечка, как из спальни, к которой только я доступ имел и моя девочка на ночь, документы могли пропасть?
Спрашивает и взглядом меня буравит, а я в чистейший шок попадаю, таращусь на Байсарова, даже моргнуть боюсь.
— Что? — спрашиваю, не в силах скрыть свой ужас.
И меня знобить начинает сильно, потому что с каждой секундой над моей головой словно тучи сгущаются, жизнь катится в тартарары, а ужас той ночи не просто не заканчивается, он мутирует в нечто еще более опасное.
Слышу отчетливый скрежет зубов. Валид смотрит так, что у меня душа в пятки уходит, воздух в груди застревает.
— То, что слышала. Ты была в моей спальне и документы исчезли. Как думаешь, есть здесь связь? Проскальзывает параллель между событиями? У тебя есть вариант, Варя, выкладываешь все, что знаешь, начистоту и я дам тебе шанс на спасение. Ты все равно все расскажешь.
— Я правда… я ничего…
В глазах цветут слезы отчаяния, я просто не представляю, что со мной сделает Валид, опять плачу и голос дрожит.
