- Мне почём знать? Я посадила её в темницу, а на следующее утро там было пусто. Кто-то сорвал решётку с окна и вытащил её.
- Давно это было?
- Давно. Ещё дитя не шевелилось.
- Что ещё знаешь?
- Ничего, - морщась от боли, сказала Любава, - с той поры я её не видела. Стало быть, она и от тебя сбежала?
- Что ты хочешь сказать?
Любава ехидно улыбнулась. Ирвальд рассверипел, сгрёб её за косу и больно потянул.
- Говори, не то голову оторву!
- Я не знаю ничего! Правду говорю! Боревод отвалил немало золота, чтобы я позволила увезти её.
- Куда?
- Не сказал. Я и не спрашивала. Он пообещал, что больше я её не увижу.
- Кто он такой - этот Боревод?
- Проходимец какой-то. Молва сказывает, будто он ездит по неизведанным краям, торгует диковинными вещами.
- Где его найти?
- Не знаю! А-а-а, - закричала Любава, - дитя!
- Может, подумаешь?
- Когда Ярина вдруг вернулась из тех краёв, Боревод исчез. Знаю только, что он очень испугался. Барвинку, сестру его, нашли повешенной в монастыре. А Боревод сгинул восвояси.
- Говори, что ещё знаешь! - велел Ирвальд, однако Любава, извиваясь в потугах, кричала и не слышала его. Тогда он положил руку на её живот, и купчиха тут же разрешилась, схватила на руки младенца и прижала к груди.
- Скажи, где найти твоего брата?
- В Залесье. Звать его Анджей Берестович. Только он тут не при чём. Он кроме бабских юбок вообще никуда свой нос не сует. А Ярина - она такая. Всю жизнь таскается по лесам, не ведая страху, да морочит мужикам головы.
Ирвальд промолчал. Сделавшись вновь невидимым, он сиганул в окно прямо на спину ядокрыла. В спину ему посыпались проклятия, столь злостные, что он дивился, как такое могло прийти в бабскую голову. Он поднял Юрея высоко над домом, усмехнулся и метнул в крышу поток голубого пламени. Из распахнутых окон повалил дым. Девки испуганно завопили, выскакивая на улицу.
Ирвальд же повернул скакуна в сторону Залесья и исчез в облаках.
Найти Анджея Берестовича оказалось просто. Каждая собака в городе знала его имя, и у всех оно вертелось на языках. Про Ярушку помалкивали, сестру же её, Любаву, костерили всласть. Ирвальд наслушался немало на рыночной площади, прежде чем нашёл дорогу к дому Берестовичей.
Боярин был в конюшне, по пояс голый, и раскладывал сено по стойлам. Слуг особо не было видно - пару дряхлых старцев чистили пол в конюшне, сгребая навоз. Ирвальд вспомнил, что жена называла себя бесприданницей, и понял, что дела у брата её с тех пор не наладились. Впрочем, то были не его заботы.
- Здравствуй, Анджей, - громко сказал Ирвальд.
Старцы громко охнули, побросали лопаты и бросились прочь из конюшни с прытью, которой позавидовал бы добрый молодец.
Хозяин тоже испугался, но изо всех сил старался не подать виду. Наскоро перекрестившись, он выставил вперед вилы и спросил:
- Чего надобно, Сатана?
- Где твоя сестра Ярина?
- Какое твоё чёртово дело?
- Хочешь на кол? - предложил Ирвальд.
- Сначала поймай!
Анджей запустил в него вилами и, кувыркнувшись через левое плечо, вмиг очутился у входа в конюшню, где висели ножны. Орудие проворно заиграло в его руках - видно было, что боярин не слабак в драках на мечах.
Тёмные волосы, повязанные золотой нитью на лбу, были такого же цвета, как у Ярушки. Длинные усы и густая борода, умело стриженная рукою мастера, красили его и без того миловидное лицо. Ирвальд скривился - у владык не росли бороды, о чём он иногда жалел. Борода могла скрыть глубокие морщины на лицах стареющих владык, сделав их не такими ужасными. Сейчас же бородатое лицо человечишки приводило его в ярость. Однако Анджей, похоже, сумел побороть страх, и глаза его заблестели.
- Поймай, Сатана.
- Уже!
Ирвальд громко хлопнул в ладоши, отчего Анджей вздрогнул и посмотрел на его лицо. Однако боярин был не дурак. Едва почувствовав, как на него накатывает морок, Анджей отпрыгнул в сторону и уставился на грудь владыки.
- Умно, - похвалил Ирвальд, - только знай, я владею мечом не просто лучше тебя. Лет на сто дольше. Вот и думай, стоит ли со мной тягаться.
- Тебе не взять меня живым, изверг!
- Я могу отсечь тебе руки или ноги. Мне всё равно они не нужны.
- Мой меч окроплён святой водой, - предупредил Анджей.
- Мой - всего лишь кровью, - ухмыльнулся Ирвальд, - я уйду, если скажешь, где твоя сестра.
- Не знаю, - ответил Анджей, - а если бы и знал, то не сказал.
- Что ж ты таким смелым заделался? Где ж ты был, когда её хотели казнить?
- Не твоего ума дело, Сатана! Лучше скажи, зачем по её душу пришёл?
- Она моя жена.
- Жена? - Анджей вздрогнул и, забывшись, посмотрел ему в глаза, - стало быть, она и вправду ведьма?
- Нет, не ведьма, - успокоил его Ирвальд, - а ты, я вижу, всё ж глупец!
Анджей вскрикнул, выронил меч и рухнул на пол, скошенный мороком. Ирвальд снял плащ и обернул вокруг его тела. Затем свистнул, и в конюшню заглянул ядокрыл. Юрею пришлось согнуться, чтобы пройти под низким потолком. Ирвальд снял поводья, висевшие на стене, и привязал ими тело боярина к спине зверя. Затем вывел Юрея из конюшни, вскочил на спину, и они рванули что было мочи прочь из Залесья.
