Два владыки стояли у водопада Забвения и смотрели на бурлящие воды, уносившие под землю миллионы угасших жизней. Там был источник, питающий саму жизнь, дающий силу ярости и магии, благодаря которым каждое существо в Межгорье могло оставаться тем, кем суждено было стать при рождении. Источник создавал и разрушал, отдавал и требовал обратно. Никто не мог повелевать источником, кроме тиранов, да и те могли лишь направлять его силу.
Источник ведал тайнами судеб, и ничто на свете не могло его удивить, поэтому уже несколько тысяч лет он был нем и безразличен ко всем, кто приходил к его водам, чтобы испытать его милость или воззвать к справедливости.
Вот и сегодня источник молчал, хотя Морашу казалось, будто реки крови стремятся вниз, смешиваясь с потоками водопада.
Младший из трёх братьев провёл несколько ночей в размышлениях. Глаза его запали, а морщины сделались глубже, однако он не чувствовал усталости. Ярость бурлила в нём, как воды в озере, но за эти дни она стала холодной, как он того и хотел.
Мораш сразу почувствовал присутствие Авгура и поморщился. Он не хотел вмешивать брата. Тем более что не был уверен до конца, чью сторону он выберет. Мораш больше ни в чём не был уверен.
- Ты долго будешь молчать? - поинтересовался Авгур.
- Молчать получается лучше всего, - скривился Мораш.
- Ты на что-то намекаешь?
- Тебе лучше знать.
- Я не стану слушать оскорбления.
- Тогда уйди, - посоветовал Мораш.
- Нет, - возразил брат, - хочу знать, что ты задумал.
Мораш вертел в руке обнажённый клинок, любуясь, как переливаются камни на рукояти, как играет закалённое столетиями лезвие. Холодный блеск стали успокаивал его.
- Знаешь, брат, когда годами смотришь в лицо лжи, то запоминаешь его до малейшей чёрточки. И сможешь узнать везде - даже по движению глаз. Ложь невозможно укрыть - она проступит даже на гладко отполированной маске.
- Красиво сказано, - похвалил Авгур.
- Ты понимаешь, о ком я...
- Что за совет ты созвал, Мораш? - раздался за спиной голос верховного владыки, - у водопада! Так символично! И где твой отпрыск?
- Там, где ему велено быть, - ответил Мораш.
- Стало быть, мы будем решать без него?
- Только ты и я, - Мораш поднял клинок и ткнул острием в грудь Калеша.
- Ты рехнулся, - улыбнулся Калеш, - я хоть и стар, но и ты не молод.
- Разве?
Лицо Мораша было мрачнее тучи. Глаза сверкали, сделавшись совершенно синими. Меч в руке выглядел угрожающе, да только Калеш не испугался. Он покачал головой, по-прежнему улыбаясь, и развёл руками в стороны.
- Ты всё тот же глупец, мой младший брат. Юбки владеют тобой и твоим сыном.
- Не тревожься, Калеш. За пятьсот лет я многое успел повидать. Но глупцом никогда не был, - Мораш кивнул в сторону Авгура, - скажи-ка, брат, только мне чудится морок, которым верховный владыка покрыл себя с головы до ног?
Авгур ничего не ответил. Он с грустью взирал на братьев, взъерошенных, как петухи перед дракой. Он не понимал Мораша, однако чувствовал морок.
- Открой своё лицо, владыка!
- Ты несёшь чушь, брат, - возразил Калеш, однако в глазах блеснули искорки.
- Знаешь, Ирвальд хотел убедить меня, будто это Тарр восстал из мёртвых, чтобы занять его место!
- Здравая мысль, - похвалил Калеш, - твой первенец уже показал себя отступником.
- Я мог бы поверить, - прошипел Мораш, - да только мой мальчик не был красив. Не был высок. И ему ни к чему было покрывать себя мороком, чтобы скрыть свою молодость! Я знаю тайну кольца, Калеш. Знаю, что ты сейчас выглядишь так же, как и пятьсот лет назад.
- Ты бредишь, - расхохотался Калеш, - и пытаешься поймать меня, но не выйдет. Я устал от тебя, брат. Ты безумен. Авгур, нужно решить, что с ним делать.
Калеш подошёл к среднему брату и положил ладонь на его плечо. Из всех братьев Авгур слыл самым мягким и не всегда мог принять решение без того, чтобы кто-нибудь из остальных не дал ему пинка. Прошло уже много лет, но мало что изменилось. В глазах Авгура по-прежнему плескалось сомнение.
- Они оба позорят наш род, - настаивал Калеш, - и если Ирвальд просто юный болван, то Мораш совсем сбрендил. Я впервые слышу о тайне кольца.
- Ты, верно, забыл, что кое-кто из верховных владык мне задолжал? - ответил Мораш.
- Каспий Яр? - улыбка на лице Калеша поблёкла, - он бы не посмел.
- Я тоже мог бы не спасать ему жизнь.
- Достал!
Калеш завопил что есть мочи, так что стены пещеры задрожали, а сверху на дно стали сыпаться камни.
- Как же ты меня достал, старый пень!
Калеш замотал головой, рассеивая морок, и волосы его на глазах почернели, спина выпрямилась, отчего он стал выше на целую голову. Он смотрел на братьев сверху вниз, а на молодом лице, гладком, без единой морщинки, играла победная улыбка. Калеш действительно был красив - вот уже тысячу лет Синие Горы не видели столь прекрасного владыку.
- Ты не побоялся за наш род, - прошептал Мораш, сглатывая комок печали, застрявший в горле.
- А что мне терять? - рассмеялся Калеш, - я буду править ещё пятьсот лет, а на то, что будет потом , мне совершенно плевать.
- Изверг!
