Несомненно, взять в Англию бывшего майора Разумовского было большим риском. В прошлом Разумовский возглавлял радикальное революционное движение российских офицеров, был моим врагом и даже стрелял в меня. Но с другой стороны, Разумовский теперь оказывался в Англии нелегалом и в случае провала тоже рисковал жизнью. Это нас сближало. К тому же отчаянный помощник, готовый пойти на все, был мне необходим как воздух. А Разумовский как раз из тех, кто способен на поступок и на любое преступление. Думаю, он бы не моргнув глазом согласился бы даже взорвать Букингемский дворец. Хотя майор Ефим Разумовский и был сволочью, но это своя сволочь, ему я доверял даже больше, чем двум жуликам-воришкам, которых отмазал от северных рудников.
Когда прибыли в Портсмут, я горячо простился с Элизабет. Пообещал приехать в Лондон через два дня, как раз на Новый год. Графиня и майор Мейсон отправились в столицу на карете. Разумовскому я дал деньги на первое время, чтобы снял квартиру и обустроился, а сам оправился домой, отложив все дела назавтра.
Стоял морозный день. Улицы Портсмута слегка припорошило снегом. Хотя снег долго не лежал в городах у побережья моря. После Африки я немного мерз, хотя с утра довольно тепло оделся.
Эмили была вне себя от радости. Во дворе она бросилась мне на шею, горячо поцеловав в щеку. Мы вошли в дом. Миссис Портман будто заранее знала, что я именно сегодня приеду, она зажарила индейку с картофелем и приготовила мои любимые рыбные котлеты из палтуса. Как только я переоделся и умылся с дороги, достал из сумки подарки.
Я подарил Эмили разноцветные африканские бусы, маску из черного дерева и небольшого деревянного воина. Миссис Портман преподнес в подарок серебряный браслет и разноцветный халат.
— Вы так любезны, мистер Мельбурн…– удивленно пробормотала миссис Портман, осматривая роскошный халат.
— Джей, расскажи о своих приключениях в Африке! — попросила Эмили.
— Эмили, дай мистеру Мельбурну хоть перекусить с дороги! — нахмурилась миссис Портман.
Я действительно сильно проголодался и с жадностью набросился на индейку. Слегка утолив голод, невинно пожал плечами:
— Да какие там приключения! Пираты, увидев британский грозный фрегат, в панике разбежались, оставив пленных.
— Что, даже не было морского боя? И ни одного пирата не повестили на рее?
— Господи, какая же ты кровожадная девочка…– вздохнула служанка.– Мистер Мельбурн, признаюсь, гувернантка миссис Рейчел в большом изумлении от Эмили. Иногда у девочки выскакивают такие грубые выражения…
— Небольшой бой все же был,– кивнул я.– Даже удалось спасти из плена молодую леди…
— О, как это романтично… Эта леди не замужем?
— Нет.
— Красивая?
— Да, довольно привлекательная особа из Лондона…
— Так попроси ее руки, Джей. Ты уже давно засиделся в холостяках…
— Обязательно подумаю над этим… Миссис Паркер, у нас есть ром? Что-то я слегка замерз на улице и до сих пор не могу отогреться…
— Конечно. Сейчас принесу, мистер Мельбурн.
Как только служанка ушла, Эмили тихо спросила:
— Джей, ты охотился в Африке на львов? Говорят, они невероятно огромны…
— Я вообще не охотник. Не люблю стрелять в беззащитных зверей.
— Ну ты и выдал, чудак! Разве лев беззащитен? Он лапой перебивает хребет человеку и может запросто откусить голову…
— А мне почему-то кажется, что страшнее человека зверя нет. Лев никогда первым не нападет, пока чужой не зайдет на его территорию… даже змея жалит, если только к ней подойти близко и вспугнуть. Только люди вторгаются на чужие земли, все разрушая, сжигая и обогащаясь…
Служанка принесла пузатую бутыль рома и поставила на стол. Я налил рюмку, выпил и внутри сразу слегка потеплело. Через несколько минут навалилась тяжелая усталость, я даже отказался от чая и откланявшись, отправился наверх спать.
Утром, пока миссис Паркер жарила гренки и кипятила чайник, я жадно просмотрел последние выпуски «Таймс».
' Накануне Рождества парламент Англии и премьер-министр Гамильтон-Абердин проголосовали за отправку Королевского Флота к берегам Крыма. Уже к концу января к российским берегам отправятся две боевые эскадры, чтобы восстановить паритет на Черном море и разбить русские корабли. Омер-паша после грандиозного поражения под Синопом, отозвал оставшиеся турецкие корабли и заявил о полном прекращении боевых действий на море. Но на всей линии боевого соприкосновения от Дуная до Кавказа бои ведутся, не смолкая ни на один день. Австрия и Пруссия официально заявили, что они примут нейтральную сторону. Между тем, в российском Петербурге будто на время совсем позабыли о Восточной войне. Перед рождественским сочельником в Зимнем дворце каждый день проходят роскошные балы. В Александринском театре поставили «Ревизор» Николая Гоголя. Представления идут с большим успехом. В Петербурге завершается строительство знаменитого Исаакиевского собора, в строительстве принимали участие итальянские, немецкие и австрийские мастера, потрачена колоссальная сумма, но открытие этого собора наверняка станет величайшей страницей в истории архитектуры…'
