Скинул рубашку, прилёг на кровать. В голове мысли роились. Как-то так я себе возвращение и представлял, но всё равно. Не ожидал, что это настолько истощит. Слишком много впечатлений, от которых я отвык, за короткий срок.
Мне бы просто уснуть, но куда там. Сначала я услышал тяжёлые дядины шаги — он прошёл мимо моей комнаты и ушёл к себе. Дом погрузился в тишину. Не прошло и десяти минут, как раздался шорох, и моя дверь приоткрылась. В щель просунулась голова отца. Следом раздался стук.
— Не помешаю? — спросил он, заваливаясь внутрь.
Сразу запахло вином. Это он зря так, без стука. У меня тут Игорек под боком. Вряд ли он захочет прикончить меня прямо здесь и сейчас, но нервы есть нервы. Мог и вдарить не глядя.
— Помешаешь, — ответил я. — Я спать лёг. Ты тоже иди спать, отец.
— Тут такое дело… — заискивая спросил он. — Ты же с армии вернулся. Наверняка при деньгах. Можешь занять пару тысяч?
Вообще-то не из армии, а от наёмников. Армии государственной сейчас, считай, и нет. После смерти императора это всё в частные компании превратилось, где каждый сам за себя, выживает, как может. Но зачем запоминать такие нюансы? Зачем интересоваться, через какие трудности сын прошёл? Лучше глушить вино и ночью прокрасться, чтобы деньжат стрельнуть.
Я поднялся. Схватил отца за грудки. И вышвырнул за дверь. Закрыв эту самую дверь.
Спокойно, Серёга. Просто спокойно. Дыши, страви злость. Не натвори дел в первый же день.
Я только и успел опять на кровать сесть, прикидывая, что надо бы подпереть дверь, но нечем, как отец решил показать характер и саданул по ней с той стороны. Слабовато саданул, но если так пойдёт, то и выбить может.
— Ты как с отцом разговариваешь, паршивец! — крикнул он.
Дыхание. Главное, контролировать дыхание. Вдох, задержать. Медленный выдох, задержать. Повторять, пока не успокоишься.
«Неправильно всё это», — думал я, слушая, как отец ещё пару раз стукнул, но зайти не рискнул. Не должно в семье так быть. Дед мне первым делом заявил, что нахлебников не потерпит, будто я собирался ему на шею сесть. Отцу плевать на возвращение сына. Для него это повод выпить и занять денег, чтобы потом их никогда не возвращать. Матери приходится работать на стороне, чтобы выжить, потому что работать на семью ещё хуже. Сава же лезет в бандитскую жизнь, потому что варианта лучше семья ему не предложила.
Разве это правильно? Нет. Но как это исправить — не знаю. Надо забирать мать и брата, а для этого решить вопрос, куда забирать-то.
Пока я думал, сдерживая себя и пытаясь не сорваться, хлопнула дверь и послышался гневный окрик матери.
— Ты что удумал, паскуда⁈ К сыну за деньгами полез⁈ Совсем уже мозги пропил⁈
— Заткнись! — рявкнул в ответ этот… этот.
Сдерживаться стало резко сложнее.
Они начали ругаться. Пусть я и злился, но как-то растерялся. Это ведь мои родители. А они так ругаются, переходя на личности. Пару лет назад как-то лучше было. Пока я осмысливал сей факт, послышался хлопок, женский вскрик, и тут у меня в глазах потемнело.
В мгновение ока я оказался в коридоре и перехватил руку отца, который замахнулся на мать во второй раз. Вывернув конечность, я подбил ему ногу, отчего он рухнул на колени спиной ко мне. Схватив его за волосы, впечатал лицом в ближайшую стену.
— Ещё, — удар, — раз, — удар, — тронешь, — удар, — мою мать, — удар. — Я тебе эту руку с корнем вырву!
На шум, крик и вопли отца выбежали все домочадцы.
— Сергей! — испуганно воскликнула мать, попятившись.
— Что здесь происходит⁈ — рявкнул дед. — Сергей, отойди от него немедленно! Ты что творишь⁈
— Что? — вперил я взгляд в деда, да так, что он отшатнулся. — Твою родную дочь бьют, а ты у меня спрашиваешь, что я творю⁈
— Сейчас я вижу, что ты набросился на отца! — крикнул дед в ответ.
Тут уже я опешил. Он что, настолько слепой, что не понимает, что в его доме происходит? Буквально под дверью?
— Думаю, нам надо всем успокоиться, — миролюбиво заметил дядя.
Я перевёл тяжёлый взгляд на него. Дальше по коридору заметил Игоря. Смотрел он на меня очень внимательно. Как ни странно, это помогло собраться с мыслями. Я успокоился, посмотрел на ситуацию отстраненно.
— Так вот как теперь дела в семье обстоят, — перевёл я снова взгляд на деда. — Твою дочь бьют, а у тебя слепота и глухота, не иначе.
— Придержи язык! — рявкнул дед.
Ещё и силой меня попытался придавать. Так слабо, что захотелось рассмеяться. До своего брата деду было далеко.
— Всем и правда лучше успокоиться, — неожиданно вмешалась тётя. — Юрий Матвеевич… Очевидно, Владислав перебрал и позволил себе лишнего. Мальчик же защитил свою мать. Это правильный поступок.
От тёти я поддержи совсем не ожидал. Уставился на неё, пытаясь понять, чего она добивается. Будь наивным, подумал бы, что справедливости. Но — нет. Я на эти игры насмотрелся. Выступила на моей стороне, чтобы потом стребовать с меня что-то. Опустила отца, чтобы понизить его позиции. И показала своему сыну, Игорю, что маму надо защищать, что это правильно и хорошо.
Отвык я от настолько лицемерной игры.
