Я, внешне расслабленный, но максимально собранный внутри, взял Ольгу за руку и двинулся прямо на троицу. Те явно не ожидали этого и расступились. Все мои чувства были напряжены до предела. Я был готов мгновенно отреагировать на любую угрозу, на любой выпад.
— Трус! — взвизгнул Влад. — Ясно же, что это ты подсыпал яд княгине, а потом организовал её «спасение». Теперь все считают тебя героем, но я-то вижу тебя насквозь! Сопляк! Сопливый рыцарь! Слюни подотри!
Я обернулся и устало посмотрел на него.
— Слушай, Влад. Просто, чтобы прекратить эту ерунду, уясни для себя, что на дуэль я вызывать тебя не собираюсь. Я же вижу, что ты из кожи лезешь, чтобы добиться этого. Я не знаю, зачем тебе это надо, но идти у тебя на поводу не желаю. Чтобы доказать, что я не трус, готов принять твой вызов. Скажи: «Вызываю тебя» и всё. Если ты этого говорить не собираешься, то не трать попусту слов. Я вызывать тебя не намерен.
Кажется, Влад растерялся. Он молча раскрывал рот, напоминая рыбу, вытащенную на песок. И скорее просто, чтобы оставить за собой последнее слово, крикнул мне вдогонку:
— Не надейся, что твоя выдумка про двойника слуги тебе поможет! Тебе не удастся отвертеться!
Я затормозил так резко, что княжна налетела на меня. Обернувшись, я встретился с её недоумённым взглядом. Но сейчас мне было не до объяснений.
—
Я понял. Понял, но что теперь делать дальше? Отправиться к князю и рассказать о подозрениях? Но это только подозрение, очень слабое подозрение. Их ведь трое, и они уверены в себе. Если я сейчас брошу обвинение им в лицо, то они могут проговориться, уверенные в своём превосходстве. Ошеломить их. А Ольга? Она ведь тоже окажется под ударом в этом случае. Если бы не она, то я даже колебаться бы не стал.
Я мельком глянул на неё. Она не понимала, что происходит, но наш уход, больше похожий на позорное бегство, ей совсем не нравился. Она даже избегала смотреть на меня. Ясно, что, по её понятиям, должен делать настоящий мужчина, когда его оскорбляют. Моему возрасту в этой ситуации поблажек не делали: надел обруч рыцаря — значит, ты уже совершеннолетний по законам этого мира.
И может, я поступаю неправильно, но я не могу больше выносить её скрытое презрение. И плевать на все предчувствия.
Я медленно обернулся.
— Повтори то, что ты сейчас сказал!
Такого Влад от меня явно не ожидал. Я стерпел, не моргнув глазом все его оскорбления, а сейчас внезапно изменил своё намерение уйти. Он не понимал моего поведения, но, видно, решил продолжать в том же духе, раз уж вызвал хоть какую-то реакцию.
— Я сказал, что тебе это так не пройдёт…
— Не это. Раньше! Что ты сказал до этого о двойнике? Откуда ты знаешь о магическом двойнике слуги? Гвардия проверяла гостей на наличие магической силы, но никто не говорил о двойниках. Это было известно только пятерым, и я сомневаюсь, что кто-то из них поделился этим знанием с тобой. Даже Ольга не знала об этом. Откуда же ты об этом узнал?
Влад стремительно побледнел, а его товарищи одарили его такими взглядами, что его испуг перешёл в ужас.
— Ты испугался! Значит, я прав в подозрениях! Это ты был тем слугой! Это ты подсыпал яд в кубок и отнёс его княгине, приняв облик слуги! Теперь понятно, почему ты преследовал меня! Вовсе не из-за инцидента на празднике, а из-за того, что ты думал, будто я знаю отравителя. Когда же тебя не арестовали, а стали проверять всех на наличие магических способностей, ты понял, что известно только о втором слуге, но не то, кто это мог быть. И ты испугался, что я могу вспомнить ещё что-то. Действовать открыто ты уже не мог: везде полно стражи, всё проверяется, все маги во дворце настороже. Но вот дуэль — дуэль совсем другое дело. И лучше, если вызов будет исходить от меня. Ведь потом всегда можно будет сказать: «Я не хотел этого, но он сам напросился». Так? А ещё, вызванный имеет право на выбор правил поединка. Я ведь мог выбрать до первой крови, а тебе совсем не это нужно было. Ты хотел, чтобы был бой насмерть или, на худой конец, прекращение боя по обоюдному согласию.
Влад уже вернул себе самообладание.
