— Ох, если бы, Горислава… Если бы!.. Всё было естественным путём. В ритуалах я не участвовала. Ты же понимаешь, что, если ему править империей, родиться он должен был самым что ни на есть естественным путём — для того, чтобы его приняло не только капище, но и наша земля. Поэтому этого я как раз не боюсь, — она сделала паузу, отдышавшись после очередного приступа боли, а затем продолжила: — У меня будет к тебе ещё одна просьба.
— Какая? — удивилась та.
— Сопроводи меня, будь добра, к капищу. Дворец и так гудит о моём состоянии. А тебе я доверяю — о ситуации с Институтом благородных девиц слухи так и не расползлись. Поэтому доверия к кому-либо ещё у меня сейчас нет. Окажи мне услугу, я отплачу.
Горислава ещё раз окинула взглядом императрицу и даже ответила с некоторым удивлением для самой себя:
— Мой долг — поддержать тебя в такую минуту. Долг не только как подданной, но и как женщины. Я помогу.
Первое, что я почувствовал, провалившись в своём сознании туда, где мог разговаривать с Агносом, — то, что появился кто-то ещё. Некий незримый третий, который, если и не наблюдал за нами, то пытался это сделать.
Возможно, Агнос поставил специальную стену, чтобы тот не смог вмешаться в наш разговор, но всё равно присутствие некоего чуждого и совершенно недружественного сознания я всё же чувствовал.
— Что происходит? Что это вообще такое? — спросил я.
— На самом деле, и тебе тоже здравствуй, — ответил мне Агнос с некоторым укором. — Вообще-то, не знаю, как у людей, но у богов принято здороваться.
— И тебе привет, — сказал я. — Видишь, что некогда. Что происходит? Что это за место? Почему за нами сейчас с тобой наблюдают?
— Ну, всё довольно понятно, — ответил на это зародыш бога. — Вы попали в место, которое планируется в дальнейшем сделать одним из основных храмов тёмного бога Бельзияра.
— А что он тут делает? — не понял я. — Зачем это нужно именно тут?
— Ну, дорогой мой, — ответил на это Агнос. — Когда селекционеры потеряли покровительство своей богини Арахны, они начали искать заступничество у кого-нибудь из других богов. Попробовали одного, другого, третьего, но, видимо, в этом месте они оказались ближе всего для того, чтобы достучаться до Бельзияра. Это тёмный, кровавый и очень противный бог, который питается телами и душами невинных существ. Вся его власть построена на жертвах. А сам он выглядит как клещ, как кровососущая тварь.
Информация была важная и очень интересная, но сейчас меня куда больше волновало другое.
— А что случилось с нашим Гордеем? — спросил я. — У меня создалось ощущение, что ему просто снесло крышу.
— Так и есть, — ответил на это Агнос. — Чем ментально слабее человек, тем быстрее он сдаётся, попадая под соответствующие импульсы бога. Вы посильнее, поэтому пока держитесь. Он послабее и был самым слабым, да и дольше всех находился в пещере, поэтому его волю сломило первым.
— Он придёт в норму? — уточнил я. — Подожди! А остальным тоже это грозит?
— Остальных он сломит чуть позже, — продолжал Агнос.
— То есть мы все начнём орать про господина Бельзияра и пытаться принести кровавые жертвы ему? — спросил я.
— Ты, может, и нет. У тебя есть я, я тебе помогаю, а вот те, у кого нет непосредственной защиты бога, те, конечно, уязвимы. Но вообще не рекомендую вам там находиться. Поэтому лучше уйти, идти дальше хоть по метру, хоть по два, но так по крайней мере хотя бы кто-то из вас сможет спастись. Оставаясь в пещере, вы все обречены.
— Но на улице творится чёрт знает что, — возразил я. — Буран, ничего не видно. Я даже не знаю, куда шаг ступить.
— Буран уже утихает, — ответил на это Агнос. — И вообще, вы можете изо льда себе иглу сложить, можете из камня себе какое-нибудь убежище сделать. Всё лучше, чем эта проклятая пещера, которая стала алтарём кровавого бога. Здесь столько существ убили в его славу, что место уже проклято во веки веков.
— Спасибо за информацию, — ответил я ему. — В целом благодарю за то, что вообще разбудил.
— Как бы я тебя не разбудил, — пробурчал на это Агнос. — Я вообще-то родиться хочу, а пока мой билет в жизнь — это ты, и мне надо, чтобы ты не помер раньше времени.
— Тогда последний вопрос, — сказал я. — Можно ли как-то разрушить этот храм?
Образ не вылупившегося бога стоял у меня перед внутренним взором, и сейчас он просто покрутил передней лапой у виска, показывая, что я — сумасшедший.
— Ты вообще нормальный, нет? — спросил он, но это был явно риторический вопрос. — Куда тебе с богами силами тягаться? Если бы я уже вылупился и был бы с тобой рядом, ну тогда шансы расплавить это к чёртовой матери ещё были бы. Хотя, в любом случае, мы бы стояли как бог против бога, а человек против бога не потянет. Ты уж извини. Максимум, что ты можешь сделать, — это осквернить его алтарь, и то ко всему прочему ещё и отдача замучает. Боги сурово наказывают за любые действия в их адрес, даже за одну такую попытку.
Агнос вдруг поник.
— Просто в какой-то момент появится свора каких-нибудь тварей из ниоткуда, а я даже пикнуть не успею, чтобы тебя спасти. Поэтому нет, тебе в одиночку таким заниматься нельзя.
