Мягкий поцелуй на прощание, и я выпорхнула из машины. Сердце гулко стучало, эмоции переполняли и грозили выйти из берегов вовсе. Провожала машину Влада взглядом и не могла понять, каким образом всё так перевернулось всего за несколько часов? Ещё утром я ненавидела его, не желала видеть и страдала от неразделённого чувства. Уже в обед я стала снова той, кем и была для него раньше — любимой и желанной.
Весь день меня не покидали мысли о предстоящем разговоре. Что он мне скажет? Что он решил делать со мной? С нами? Даже после слов о любви я всё равно сомневалась в его решении. А вдруг он не захочет быть со мной? Вдруг ему показались ничтожными мои объяснения по поводу закладок и побега? Придумать ответ сама я так и не смогла, и просидела на иголках до конца дня, пока ожидала приезда Влада.
За окном уже начинало темнеть. Демид играл в компьютерные игры у себя в комнате, я ждала Реутова в гостиной, нянькая маленькую Аню и поглядывая на дверь. Вскоре послышался шум машины, потом хлопок дверью и на пороге появился сам Влад.
— О, мои любимые девчонки меня встречают, — озорно улыбнулся он и сел рядом с нами.
Отложил в сторону документы, которые принес с собой, и взял на руки дочь.
— Ну здравствуйте, Анна Владиславовна. Как ваше ничего?
Дочь в ответ что-то залепетала, а я рассмеялась при виде этой картины. Как же это нежно и даже сексуально — большой и сильный папа держит на руках такую малюсенькую девочку, говорит с ней и смотрит в детское личико добрыми карими глазами. Смотрела бы и смотрела…
— Так, иди поиграй с рыбками, — сказал он, высаживая ребёнка в детские качели, к которым прикреплены игрушки в виде рыбок. Включил покачивание с негромкой музыкой и вернулся к дивану. — А нам с мамой надо поговорить.
Он повернулся ко мне и с улыбкой посмотрел на меня.
— Ты готова к новой жизни, Лена?
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
— К совсем новой. Посмотри.
Он протянул мне документы, которые извлек из принесенной папки. Я взяла их в руки и стала читать. По мере того, как до меня доходил смысл написанного, челюсть всё больше падала вниз.
— Ты хочешь усыновить Демида? — уставилась на него в изумлении.
— Да, — кивнул он. — Ты же всё прочла, Калиновская. Думаешь, такими вещами шутят?
— Нет, но… зачем?
— Потому что я хочу, чтобы все твои дети стали нашими и носили мою фамилию. И ты тоже. Выйдешь за меня. Дату уже назначили, через две недели свадьба. Мы все будем одной семьей под моей фамилией.
— А меня ты спросил об этом? — возмутилась я. — Мне никто не делал предложение!
— Ты же не думаешь, что я дам тебе выбор, Калиновская-будущая-Реутова? — заломил он бровь. — А предложение я могу сделать.
Влад достал из кармана красную коробочку. Открыл её и вынул золотое кольцо.
— Дорогая Лена! Очень рад, что ты согласна быть моей женой, — сказал он и сам надел на нужный палец украшение.
— Ты просто… наглость полнейшая, — высказалась я, пребывая в странном состоянии радости от полученного кольца, твёрдости Влада в своём мужском решении и непробиваемой наглости.
— Я чувствовал, что ты мне скажешь «да», — улыбнулся хам и потянулся к моим губам.
Отказываться действительно не хотелось… Я выйду за эту наглую морду, однозначно! Боже мой, я скоро стану мадам Реутовой. Не могла себе такого и предположить….
— Что насчет усыновления? Не хватает только твоей подписи, остальное я улажу сам.
— Ты понимаешь степень ответственности, Влад? — спросила я серьёзно. — Это не котёнок, отказаться будет уже сложно, и этим ты сильно травмируешь ребёнка.
Для меня это куда более взвешенное и важное решение, чем даже замужество.
— Понимаю, Лена. Я вроде бы никогда не показывал себя несерьёзно.
— Мои дети для меня самое главное!
— Знаю. Потому я и захотел с тобой семью создать. Я ещё не встречал таких верных и нежных жён, таких заботливых матерей. Для своей дочки я бы не смог выбрать маму лучше, чем ты. И я не хочу, чтобы Демид чувствовал себя лишним, был под другой фамилией.
Это настолько мило, что на глаза навернулись слёзы. Я прижалась к нему котёнком, вдыхая запах одеколона и кожи любимого мужчины.
— Ну ты чего? — спросил он, принявшись меня гладить по волосам. — Я тебя этим как-то обидел?
— Нет, — покачала я головой. — Просто… это так трогательно. Я не подумала бы даже, что ты способен на такие поступки. Конечно, я подпишу. Я хочу быть одной большой семьёй. Я люблю тебя, Влад!
Он мягко поднял моё лицо на себя и заглянул в глаза:
— Как я мечтал услышать эти слова. Я счастлив, Лен. Я не просто люблю тебя, я жить без тебя не могу.
Мужские губы поймали мои и принялись дарить поцелуи, от которых мурашки бежали по телу. Какой же кайф целовать и обнимать его в ответ, ни о чём больше не думая, зная, какое место я занимаю в его жизни, чувствуя себя самой желанной на планете… Голову вело от приятных ощущений и эйфории. Я летала без крыльев…
— А как же дом? — спросила я, когда мы разомкнули губы и просто сидели, прижавшись друг к другу, и не отрывая взглядов. — Ты что — переедешь сюда после своего дворца?
