Одурманенный, я на мгновенье зажмуриваюсь, погружаясь в воспоминания: бабушкин сад с цветущими деревьями в конце мая, ароматный миндальный пирог, запах парного молока и маминой пудры, которой она любила пользоваться. Счастливые моменты в кругу близких оживают в памяти ностальгическими чувствами. Такими, от которых сердце в кулак сжимается и щиплет в носу…
Инстинктивно поворачиваюсь к источнику аромата. Ваня так близко, глаза в глаза — и меня сносит очередной волной ревности. Срабатывает непреодолимое желание прикоснуться к ней, собрать пальцами мурашки на её теле, ощутить её дрожь…
— Здравствуй, старик! — приветствует Черкасов.
Не успеваю опомниться, как Стас заключает меня в дружеские объятия и хлопает по спине.
Сцепляю зубы и с трудом сдерживаюсь, чтобы не оттолкнуть друга и не врезать кулаком по его самодовольной роже. Сияет, как жопа павиана во время брачного периода.
«С чего, блядь, столько радости?» — мысленно проворчав, затягиваюсь тягучим воздухом и даю себе ровно три секунды, чтобы прийти в себя.
Но хрен там!
Из-за всей этой ситуации под рёбрами невыносимо зудит.
Скорей бы этот цирк закончился.
— Здравствуй, Стас, — снимаю с себя руки Черкасова, и он сразу же переключается на Иву. По-собственнически обнимет её за талию и притягивает к бедру.
— Познакомься, Макс. Я недавно о ней рассказывал. Это Иванна, студентка медуниверситета — моя девочка, — последнее слово звучит как выстрел в голову с близкого расстояния. Мозги с черепом разносит в ошметки, внезапная остановка сердца на фоне затяжного шума в ушах. Мир, как в матрице, застывает.
Ебаный в рот…
«Моя девочка»?..
Я не ослышался?..
Иванна — девочка Черкасова?
Блядь… Что за идиотская новость?
Это же хрень собачья… Чушь!
«Не-е-ет» — губы дёргаются в нервной усмешке.
Это какой-то сюр. Не верю.
Свадебный розыгрыш?
Мать вашу, что за подстава?
Поймав растерянный взгляд Ивы, тяжело сглатываю. В воздухе становится всё меньше кислорода, а животные инстинкты…
Эти твари, сука, как назло обостряются. Неудовлетворённая потребность в этой девушке сводит с ума. Сцепив до скрежета зубы, напоминаю себе, что был у Иванны первым. Первым, мать её! От этого гребаного воспоминания пах прошивает болезненной вспышкой. Такой, что дух выбивает из груди.
Я в полном ахере и с напрочь затуманенной башкой… Не могу разобраться в своих чувствах. Рациональное мышление отсутствует.
Она мне отказала, чтобы что? Найти себе мужика без обязательств?
Для свободных отношений самое то!
«Кто ты?»
«Что ты творишь?»
Выражая взглядом немой вопрос, я пялюсь на неё в упор. Не могу оторвать глаз от безумно милого лица. Хочу насмотреться вдоволь. Глаза её запомнить хочу: огромные, блестящие, напуганные, насквозь пронзающие душу.
Всё моё напускное спокойствие вмиг летит к чертям.
Ладони в кулаки сжимаются.
Красивая молодая сучка в дорогой соблазнительной обертке с булыжниками в ушах.
Ива жуёт облизанную Стасом губу и смотрит, как затравленный котёнок. Душу наизнанку выворачивает.
Блядь…
Почему с ним? С моим лучшим другом?
Почему?
Нацепив маску безразличия, я внутренне разрываюсь от эмоций, но вида, сука, не подаю. Нужно держать лицо перед гребаной публикой. Один неверный шаг — и всё похерю к чертям.
«Чего тебе не хватало, малыш?»
Я бы мог ей всё это дать: роскошные наряды, украшения с бриллиантами, поездки, безбедную и беззаботную жизнь, всё, чего бы она не пожелала! Но Ива переметнулась к Черкасову. Пришла с ним в качестве его шлюхи. Потому что Стасу серьезные отношения на хрен не упёрлись. Он только избавился от жены.
«И как прикажешь это понимать?»
— Музыка! — командует организатор, прерывая наш затянувшийся немой диалог.
На фоне долбящего в висках пульса разливается мелодия скрипок. Ко мне присоединяются друзья. Кристина, держась за руку отца, ступает на красную дорожку. Я должен смотреть на свою невесту, но вместо этого мой взгляд прикован к Иванне. Подавив излишние эмоции, я нежно обхватываю пальцами её хрупкую кисть. Адреналин в венах взрывается. От этого контакта огненными языками опаляет нутро. Уверен, её тоже…
— Макс, — целую покрытую мурашками руку и отпускаю, предварительно сжав. — Рад познакомиться, Ива. Моему другу несомненно повезло.
Макс
Если раньше я и близко не подозревал, что такое чистилище, то теперь знаю — это ощущение тотальной, убийственной пустоты внутри себя.
Это не черти со сковородками и не котлы с кипящей смолой для грешников. Это отсутствие того, что реально делает тебя живым и счастливым во всех смыслах этого слова…
Украдкой смотрю на пребывающую в прострации Иву, и всё остальное кажется неважным.
Всё, к чему я в жизни стремился, с каждой гребаной секундой теряет ценность и смысл.
